Он издал какой-то утробный звук, схватил меня за руку и выволок из-за прилавка. Повел меня, семенящую за ним, к Инди, тоже схватил ее за руку и потащил нас по проходу между книжными стеллажами с художественной литературой с авторами, чьи фамилии начинались на «М-Н-О». Затем остановился и уставился на меня.

— Ты не говорила, что она хорошенькая, — упрекнул он.

Я посмотрела на Инди, Инди посмотрела на меня.

— Женщина, дай мне свой телефон, — потребовал Текс у Инди.

Она протянула ему сотовый, он включил его и начал наугад тыкать по экрану.

Инди выхватила у него телефон.

— Кому ты хочешь позвонить? — спросила она.

— Чавесу. Соедини меня с Чавесом.

Инди пролистала контакты и набрала номер Эдди. Текс выхватил у нее телефон и поднес его к уху.

— Чавес? — Пауза. — У нас проблема.

Он пошел по проходу, что-то бормоча.

Я посмотрела на улыбающуюся Инди. И улыбнулась в ответ.

— Угу, — сказал он, кивая. — Угу, — повторил он, все еще кивая.

Последовала пауза.

— Ни хрена подобного! — громыхнул он так, что я подпрыгнула. Затем: — Ладно.

Он бросил телефон обратно Инди, которая поймала его и выключила.

Он посмотрел на меня.

— Ладно, Чокнутая. Пошли знакомиться с твоей мамой.

Мы вернулись в переднюю часть магазина, и я ничего не могла с собой поделать, будучи близка к тому, чтобы рассмеяться.

Текс считал маму симпатичной.

Мама и Бланка выглядели обеспокоенными.

— Давайте попробуем еще раз, — сказала я, когда мы подошли к ним. — Текс, это Нэнси и Бланка. Нэнси и Бланка, это Текс.

— Любишь кошек? — гаркнул Текс моей маме.

Та вздрогнула, уставилась на Текса и кивнула.

Любой бы кивнул, даже если бы ненавидел кошек.

— Тогда все получится. Я ухожу домой в час, сможешь подождать?

— Конечно? — ни то спросила, ни то ответила мама, не зная, что правильно.

Все стояли кружком и смотрели друг на друга.

— Может, сваришь им кофе? — предложила я.

Текс с каменным лицом повернулся ко мне.

Мне было немного жаль его, в смысле, я знала, что он чувствовал.

— Что будете? — поинтересовалась Инди. — Текс — лучший бариста в Скалистых горах, что бы вы ни захотели, это будет фантастически вкусно.

— Латте? — отозвалась мама.

— Мне просто кофе, — сказала Бланка.

Текс неуклюже прошаркал за прилавок.

— Он немного странный, да? — наклонившись, прошептала мне мама.

— Он отдаст свою жизнь за вас или, что более важно, за Джет, — ответила Инди голосом, который говорил, что она не шутила.

Мама и Бланка переглянулись.

Этого им было достаточно.

* * * * *

Двадцать минут спустя появились Элли и Китти Сью.

— Бланка! Que pasa? Как дела, Нэнси? — Китти Сью направилась к ним, а Элли подошла ко мне.

Она протянула мне блестящий, новый, очень дорогой сотовый телефон.

— Мы с мамой купили его тебе. Я уже вбила все номера, и он заряжен. Напиши всем, чтобы дать свой номер, — сказала Элли.

Я посмотрела на телефон, затем на нее. Открыла рот, чтобы заговорить, но она опередила меня.

— Думай о нем как о рождественском подарке, — остановила она мой отказ.

— Сейчас октябрь.

Она пожала плечами.

— Не знаю, что сказать, — тихо поделилась я.

— Как насчет «спасибо»? — крикнула мама с другого конца магазина, используя Голос.

Текс разразился хохотом, затем захлопнул рот, и я могла бы поклясться, что его щеки слегка порозовели.

Я посмотрела на Элли и сглотнула.

— Спасибо.

В уголках глаз Элли появились морщинки.

— Пожалуйста.

Я написала всем, кого Элли вбила в контакты, включая Инди, Элли, Тода, Стиви, Дейзи и да, даже Эдди, сообщая им новый номер.

Китти Сью ушла, за ней Бланка. Текс загрузил мамино кресло и сумку в багажник «Эль Камино», посадил маму на пассажирское сиденье и с ревом умчался под трек «Winning» Карлоса Сантаны.

Дюк появился как раз перед уходом Текса, а через пятнадцать минут раздался звон дверного колокольчика, и вошел Вэнс.

Я затаила дыхание. Любая девушка, будь ей пять или сто пять лет, затаила бы дыхание при виде Вэнса.

Он был очень красив.

В поношенных армейских зеленых брюках, облегающей бордовой футболке, которая, казалось, угрожала нарушить кровообращение его мускулистых бицепсов, и в пыльных коричневых ковбойских сапогах, которые выглядели так, будто действительно побывали в стременах (и не раз). Блестящие черные волосы были собраны сзади в конский хвост, а темные глаза обрамлены такими густыми ресницами, что их можно было бы назвать почти девчачьими, если у вас было желание умереть.