Юлий Ким
вернуться

Ким Юлий Черсанович
Шрифт:
1990

БАЛЛАДА О КРЫСЕ

Жила-была на свете крыса В морском порту Вальпараисо, На складе мяса и маиса. Какао и вина. Она жила, пила и ела. Но ей на складе надоело: Во всей округе захотела Хозяйничать она! Призвав родню для этой цели, Она во все полезла щели, Кота и кошку крысы съели Тотчас, в один присест! И вот они потоком серым Пошли по площадям и скверам — Того гляди таким манером Весь город крыса съест! Но вот юнец один зеленый На старой дудке золоченой Завел мотивчик немудреный. Поплыв в морскую даль. А крыса музыку любила. За дудкой крыса поспешила, И море крысу поглотило, И мне ее — не жаль! Ибо — правду скажем смело — Ты двух зайцев не лови: Либо делай свое дело. Либо музыку люби! 1976

ШТАТСКИЙ МАРШ

Сегодня душа весела! Гораздо бодрей, чем вчера! Спросите у нас: «Как дела?» И мы вам ответим: «Ура!» Поступью железной Дружно, как стена. Мы шагаем вслед за. Невзирая на! Мы горды своими И, вперед глядя. Отдаем во имя И на благо для! Я чувствую, друг, как всегда. Твой локоть, а также плечо! Сегодня мы как никогда, А завтра — гораздо еще! 1978–1979

ТРЕТИЙ ЛИШНИЙ

Я встаю на рассвете, я ложусь на закате. Целый день я как белка кружусь. Мне дают по труду, я даю по зарплате, И опять я встаю и ложусь. Все, что нужно, умею, все, что можно, имею. Мчится время, как пуля во тьме… Стоп! Где я? А я не знаю, где… Где-где. где, где — неужели интересно. Какой пейзаж тебе ласкает взор? Может быть — Кустанай, а быть может — Одесса, Вероятно, Серебряный Бор… Да, да. да, дамы, синьоры, кавалеры. Включайте музыку для души! Ваши дети — в кроватке, ваша печень — в порядке, Ничего, Всё нормально. Дыши! Говорят обо мне, что я в профиль — Утесов И Муслим Магомаев — анфас. Что в душе я — блондин, а снаружи — философ. Что я вылитый кто-то из вас! В коллективе — хорош, уваженья — достоин, И здоровье мое на все сто! Стоп! Кто я? А я не знаю, кто… Кто, кто, кто, кто, неужели интересно? Какая разница — ты парень свой: Может быть — лейтенант, а быть может — профессор, А быть может, и тот и другой! Да, да, да, дамы, синьоры, кавалеры. Включайте музыку для души! Ваши почки — в порядке, ваши дочки — в кроватке, Ничего, Всё нормально. Дыши! Надо мной — небосвод, подо мною — планета. Между ними какой-то чудак, Он — ни то и ни се, он и здесь, он и где-то… Третий лишний — пожалуй, что так! И зачем — неизвестно, и к чему — непонятно… В результате — сплошные нули… Стоп!.. Ладно. Чего стоять? Пошли!.. У нас третий — лишним не бывает. 1978–1979

* * *

Юрию Ряшенцеву

Куда ты скачешь, мальчик, Кой черт тебя несет? И мерин твой хромает, И ты уже не тот. «Да что за беда, да что за беда. Да что за беда, ей-богу! Поеду понемногу. Авось да повезет!» Чего ты ищешь, мальчик? Каких таких забав? Цветочки все увяли, А травку съел жираф. «Да что за беда, да что за беда. Да что за беда, ей-богу! Поеду понемногу. Хотя во всем ты прав, а я не прав!» Куда ты скачешь, мальчик? Темно уже в лесу. Там ходят носороги С рогами на носу. «Да что за беда, да что за беда. Да что за беда, ей-богу! Поеду понемногу, Хоть кости протрясу!» Куда ты скачешь, мальчик? Куда ты держишь путь? Всю жизнь ты то и дело Скакал, а толку чуть! «Да что за беда, да что за беда. Да что за беда, ей-богу! Поеду понемногу. Куда? Куда-нибудь!» 1978–1979

На музыку Геннадия Гладкова

Из фильма «Обыкновенное чудо»

ДУЭТ

— Ах, сударыня, вы, верно, согласитесь. Что погода хороша как никогда? — Право, сударь, я скажу, Я и вправду нахожу. Что погода не такая, как всегда. — Ах, сударыня, скажите, отчего же Этот вечер удивительный такой? — Право, сударь, может быть, Это трудно объяснить. Но, наверно, потому что вы со мной. — Ах, сударыня, когда мы с вами вместе. Все цветочки расцветают на лугу! — Я скажу вам, сударь мой: Мне бы надо бы домой. Но цветочки я обидеть не могу! Как приятно и забавно. Что я очень нравлюсь вам. Ну а вы мне и подавно! Вот и славно. Трам-пам-пам. 1977

ВЫ МОЙ АНГЕЛ

Хорошо, когда женщина есть: Леди, дама, синьора, фемина, И для женщины главная честь: Когда есть у ней рядом мужчина. Так повсюду, тем более здесь. Где природа дика и пустынна. А бабочка крылышками бяк-бяк-бяк-бяк, А за ней воробышек прыг-прыг-прыг-прыг. Он ее, голубушку, шмяк-шмяк-шмяк-шмяк, Ням-ням-ням да и шмыг-шмыг-шмыг-шмыг. Вы — мой ангел, вы — мой идеал. Моя звездочка, ягодка, рыбка. Зубки — жемчуг, а губки — коралл, Хороши также грудь и улыбка. Я таких никогда не встречал. Пусть исправится эта ошибка. 1977

СТРЕЛОК

Палатка. Винтовка. Ружье. Сохатый. Куница. Лисица. Природа. Я знаю ее. Она меня ждет. И боится. Трепать языком не люблю. Всю жизнь — начеку и на взводе. Найду. Догоню. Застрелю. И морду повешу при входе. Соперников жалких моих Клеймлю я с презреньем во взоре: Я знаю получше других. Как фауна рыщет по флоре!

Из фильма «12 стульев»

ТАНГО МЕЧТЫ

Молчите, молчите! Прошу, не надо слов. Поверьте бродяге и поэту: На свете есть город моих счастливых снов. Не говорите, что его нету! Он знойный и стройный, он жгучий брюнет. Там солнце и музыка повсюду! Там всё есть для счастья — меня там только нет, И это значит, что я там буду! О Рио, Рио! Рокот прилива, шум прибоя, южный размах! О Рио, Рио! Столько порыва, столько зноя в черных очах! О Рио, Рио! О Рио Рио! О Рио-де-Жанейро! О Рио, Рио! О мама миа! Потерпи, я прибуду на днях! Не скрою, быть может, я слишком доверял Рекламным картинкам из журналов. Быть может, обманчив мой хрупкий идеал — Но это свойство всех идеалов! Кто верит в Аллаха, кто строит рай земной. Пожалуйста, — разве я мешаю? Я верю в кружочек на карте мировой И вас с собою не приглашаю!