Юлий Ким
вернуться

Ким Юлий Черсанович
Шрифт:
1964

ХОРОШЕЕ НАСТРОЕНИЕ

Ой как хорошо, хоть песню пой — Тра-ля-ля-ля, ля-ля-ля-ля! Ах, до чего ж я весел, до чего мил, До чего ж я мил и до чего весел! А причины нету никакой… Тра-ля-ля-ля-ля-ля-ля-ля! Говорят, что мир без песен пресен. Не грусти, друг мой милый. Спой со мной, лучше спой! Не грусти, что ты, что ты. Позабудь про заботы. Спой — и все пройдет. Ты только спой! Мне весь день одно трубит жена — Тра-ля-ля-ля, ля-ля-ля-ля — «Ах, почему ты весел? Почему мил? Почему ты мил и почему весел?» Мне весь день мешает петь она: «Тра-ля-ля-ля, ля-ля-ля-ля. Неужели мир без песен пресен?» Все поют — ишак поет, петух: Тра-ля-ля-ля, ля-ля-ля-ля! Говорят, без песен пресен мир. Говорят, что мир без песен пресен. Ну а я за них пою за двух: Тра-ля-ля-ля, ля-ля-ля-ля! До чего ж я весел! До чего мил! Не грусти, друг мой милый. Спой со мной, лучше спой! Не грусти, что ты, что ты. Позабудь про заботы. Спой — и все пройдет. Ты только спой! Спой — и даже если нету Ни таланту, ни фальцету, И, пока не разберутся, Все соседи разбегутся, И лишь мартовские кошки Будут слушать на окошке, — Все равно, как можешь, так и пой! 1964

Камчатские

* * *

Капитан Беринг Открыл наш дикий берег — Что за чудо-капитан! И в этот берег дикий Стучит волною Тихий, Ужасно тихий океан. Подо мной глубина — Пять километров до дна. Пять километров и двадцать пять акул… А волна до небес Раскачала МРС, Но никто из нас, никто не потонул. Подношу к свету Последнюю галету И делю на семь персон. А «Беломора» нету, И спичек тоже нету, Зато селедки двадцать тонн. Если ты смелый, Ходи да дело делай, А акулу позабудь! А если ты не смелый. Молись, чтоб был ты целый. Тогда спокойно кончишь путь. 1959

БЫЧОК

Тук-тук-тук, мотор стучит, А по воде бычок бежит. Старается. Едет-едет, ковыляет. Носом воду ковыряет. Упирается. Едет-едет, волны пашет, А помощник чуть не пляшет В рубке у руля: — Только бессердечной рыбе Хорошо на мертвой зыби! Капитан, скоро ли земля? На далеком на просторе Сто домов стоит на море. Кажется, Вот пройдем еще немножко, И под ними наша «кошка» Вдруг окажется. Наш бычок домой вернется, И помощник улыбнется В рубке у руля: — Только бессердечной рыбе Хорошо на мертвой зыби! Капитан, скоро ли земля? Вон бараки, вон палатка, Там Анапка, там Анапка, Там она. Тарахтит мотор в горячке, Но теперь уж в этой качке На собственный мотив Не страшна волна. Палуба качается. Над нею разливается Лишь песенка моя: — Только бессердечной рыбе Хорошо на мертвой зыби! Капитан, скоро ли земля? Капитан, вот она — земля! 1960

15-29

Пятнадцать двадцать девять, — Отчаянный жучок [1] , И что б мы стали делать, Кабы ты нам, милый, не помог? Олег машину врубит, — Машина тук да тук, — Марсель на вахту вступит, И жук, наш друг, уж тут как тут, И только разбегается волна… Начхать тебе на повод, Куда тащить кого, — Плашкоут так плашкоут. Да хотя б Долгова самого. С похмелья Саня встанет, — Машина тук да тук, — Петрович в карту глянет, И жук, наш друг, уж тут как тут, И только разбегается волна, И только брызги по ветру летят… Гляжу и удивляюсь. Понять не могу, ей-ей, Как, шторма не пугаясь. Так и скачет этот воробей. Одна волна подкинет, Аж сердце — тук да тук, Другая в жопу двинет, И жук, наш друг, уж тут как тут. На собственный мотив И только разбегается волна, И только брызги по ветру летят, И только плачет девушка одна… Пятнадцать-двадцать девять — Счастливого пути! Пусть камень не заденет Твоё днище, Господи прости! Пройдёт сентябрь-октябрь, — Машина тук да тук, — Потом ноябрь-декабрь, — И жук, наш друг, уж тут как тут, И только разбегается волна, И только брызги по ветру летят, И только плачет девушка одна, И даже не одна, а все подряд! И только разбегается волна!..

1

'Жучок — ЖК, железный катер (так я запомнил расшифровку).

1966

КАМЧАТОЧКА МОЯ

Камчаточка моя, Анапочка моя! Кривые берега твои мне снятся и мерещатся. Далекие края. Студеные моря — Как вспомнятся, так сердце затрепещется. Трепещется, трепещется… Приехал я в Москву, Шикарно здесь живу: Автобусы, троллейбусы. Кафе, кино, такси, метро, И теплые моря, и близкие края. А все-таки, по-моему, совсем не то. Совсем не то. совсем не то… А там сейчас, поди, И слякоть, и дожди, И люди там от ветра ходят прячутся и ежатся. Далёко-далеко, Ужасно нелегко, Так что же мне. чего же мне тревожиться?.. Камчаточка моя, Анапочка моя!.. 1965

Эстрадные

СЕНСАЦИЯ

Я сел однажды в медный таз Без весел и руля, И переплыть Па-де-Кале На нем решился я. Ведь на подобном корабле Через пролив Па-де-Кале Никто не плавал до меня. Я вмиг озяб, я вмиг промок. Пропал весь мой порыв… Прости мне. Господи, мой заскок. Но пусть я останусь жив! То таз на мне, то я на нем. Уж я не помню, кто на ком. Но переплыли мы пролив. И вот — сенсация! На стенку лезет пресса: — Впервые в мире! Герой прогресса! Без весел и руля! Представьте себе — он плыл в тазу, При этом — ни в одном глазу! Сенсация! И в центре — я! Я тут же продал медный таз За тысячу монет И перепродал свой рассказ В тысячу газет. Есть дом в кредит и в банке счет. Кругом почет — чего еще? На всех консервах мой портрет! Мой медный таз попал и в ТАСС, На самый последний лист. Под рубрикою «Их мораль» И подпись: «Журналист». Но, несмотря на злобный треп, В Москве я пожил, как набоб, Под рубрикою «Интурист»! Мужчины просят только одно — виски «Медный таз». Все дамы носят только одно — клипсы «Медный таз». Весь мир танцует только одно — танго «Медный таз» Под самый модный медный джаз! Но время шло, и шум иссяк, И в банке счет — увы! Семья бранится так и сяк, И нет уж той любви. Друзья пьют виски с содовой И требуют: «Ещё давай! Ещё на чём-нибудь плыви!» Уж я не знаю, как мне быть. У всех одно в башке: — В тазу теперь не модно плыть — Вот если б в дуршлаге! Хотя игра не стоит свеч: Дуршлаг ведь может и потечь. Попробуй на ночном горшке! И вот сенсация, на стенку лезет пресса: — Впервые в мире! Герой прогресса! Давайте сюда кино! И я плыву как идиот, И подо мной горшок плывет, И мы вот-вот пойдем на дно… 1969

ОБЪЯСНЕНИЕ

(Диалог)

— Послушайте вы ходите за мною по пятам! — Ну да. А что? — Вы глаз с меня не сводите, я что — картинка вам? — Ну да. А что? — Вы вечно караулите меня на нашей улице… — Ну да. А что? — «Ну да, а что, ну да, а что» — заладил, словно дятел! — Ну да. А что? — Это вы тогда собаку притащили для меня? — А что? Ну, я. — Это вы ко мне в окошко запустили воробья? — А что? Ну, я. — А то, что целый день потом гонялся пес за воробьем! — Да? И что? — Они удрали, но сперва пустили мебель на дрова! — Фью-ю… Да ну?! Что ж поделать, это глупо, очевидно, Но зато ведь видно — отчего. — Да, но как-то несолидно, И вам должно быть стыдно! — Ну да, еще чего! Ведь я все это делаю по крайней мере год! — Ну, да. И что? — И вам все это нравится, а не наоборот… — Ну, да. И что? — А то, что это, значит, для меня не ерунда. — Ну, да. И что? — «Ну, да и что, ну, да и что» — чего вы придираетесь? Скажите — да или нет? — Ну, да!!! — Ля-ля-ля!.. А что? 1970

ВИЛЛИ-БИЛЛИ ДЖОН

По дороге скачет Вилли-Билли Джон. Скачет рысью, едет шагом, пижон. И на той дороге Вилли-Билли Джон Подобрал подкову — это Значит, он нашёл удачу. Вилли-Билли Джон, не лови ворон, Ты прибей свою подкову над порогом: Будешь богатым, Вилли, Будешь женатым. Билли, Перестанешь шляться по дорогам. Перестанешь шляться по дорогам, Джон! Вот и стал богатым Вилли-Билли Джон: «Кадиллак» стоит в конюшне его. Вот и стал женатым Вилли-Билли Джон, И его старушка Дженни Экономит каждый пенни. Вилли-Билли Джон крутит граммофон, А душа его в печали и тревоге… Что же такое, Вилли? Что же с тобою, Билли? Ты опять мечтаешь о дороге? Ты опять мечтаешь о дороге, Джон! И однажды ночью Вилли-Билли Джон Оседлал коня и выехал вон. И пошел-поехал Вилли-Билли Джон, Ехал, ехал, плелся, плелся, — Вдруг споткнулся и уперся… Вилли-Билли Джон, конь твой захромал. Он скакать не может по степным дорогам. Где же подкова, Вилли? Где же подкова. Билли? А она прибита над порогом! А она прибита над порогом, Джон! А она прибита над порогом, Вилли! А она прибита над порогом, Билли! А она прибита над порогом, Джон!