— С чего ты взяла, что они примут такое решение?

— Мы уже заключали союзы с врагом, — лифт остановился, раскрыв створки на нижнем ярусе, — да и выбор у нас невелик. Все понимают, что остаться в стороне не получится — после того, как Альянс разберётся с Альвеном и его анротами, они возьмутся за нас. Кано, — она приложила видеофон к уху, — отправляйтесь без меня. Я остаюсь в Сольтене.

— Почему? — послышался удивлённый голос пса.

— Дела. И не забудь забрать сына. И поздравь от меня Капи, — сухо ответила она, оборвав связь.

— Несильно ты его жалуешь, — заметил Лункс, покачивая снятым нагрудником в руке.

— Не твоё дело, — отрезала та, сворачивая в сторону складского сектора, — идите, пока они не уехали.

Махнув рукой ей на прощание, друзья направились к выходу в шлюз.

— Так что за подарок? — задал мучающий его вопрос Урси, когда они вышли из основного коридора. Закрытые полупрозрачными куполами турболёты мирно стояли на своих площадках, законсервированные на ночь. За прошедшие годы авиапарк «Огня» заметно расширился, да так, что инженерам пришлось строить второй и третий ярус для взлётных платформ, куда можно было добраться только на лифте. Строительные шагоходы перегнали в технический сектор, где располагался флагман Хемнира «Джета», и теперь ночью тут царила относительная тишина. Лишь вой ветра и проезжающие энергомобили нарушали её.

— А вон, у моего турболёта стоит, — Лункс специально сделал упор на слово «моего», дабы подчеркнуть всю важность ситуации, — такой серенький неприметный, но зато очень знаменитый в узких кругах.

— Быть не может… — прошептал бурый беот, приглядевшись. «Палач» стоял неподалёку от остановки и вся его команда, за исключением пилота, уже разошлась. Но внимание медведя привлёк не он, а серый шестиколёсный энергомобиль, внешне похожий на броневик. Обшарпанный, с выбитыми стёклами и фарами и спущенными колёсами, но всё равно целый и даже нигде не пробитый.

— Я нашёл его на стоянке в Локантаке, — сказал, предугадав вопрос, рысь, — видимо, люди отогнали «броневичок» после взрыва, но так и не успели отремонтировать.

— Да это же самый дорогой артефакт нашего времени! — восторженно воскликнул Урси, ускорив шаг. — Вот обрадуются остальные!..

— Вообще-то я хотел отдать его, — немного помедлив, произнёс тот, перестав улыбаться, — нашим детям. После того, как отремонтируем, разумеется.

— Вот как, — Урси кивнул, немного умерив пыл, — что ж, это мудро. Да и потом: строго говоря, это твой транспорт. Мастер…

— Ай, не начинай эти разглагольствования, — отмахнулся Лункс, заметив вышедшего из салона «Палача» Лефита, с недовольным выражением лица дожидающегося их прибытия, — тебе бы эту скромность, когда ты побежал в Аполотон по приказу Вестника.

— Кто знает, что бы произошло, если бы мы этого не сделали, — пожал плечами тот, подняв руку в знак приветствия.

Лефит с усталой улыбкой ответил тем же. Он тоже соскучился по своей семье и маленькому сыну, которого покинул спустя месяц рождения. Для него, как и для Лункса, оказалось большой неожиданностью улететь на задание длинной в два года. Ещё больше ему не понравился новый состав команды «Тау», но увы, таково было решение командира.

— Я смотрю, ты подготовил машину к нашей поездке, — приторно улыбнувшись, сказал Лункс, когда они подошли к площадке.

— Напомни мне, зачем мы тащили эту рухлядь через половину Кайлити? — сердито дёрнул хвостом тот.

— Разумеется для того, чтобы ты задал этот вопрос, — наигранно удивился рысь, — ты с нами? — спросил он, кивнув на подъехавший к остановке пассажирский энергомобиль.

— Нет. Я вообще-то живу в крепости, — некоторые анимагены всё же решили остаться за плотными стенами горной породы, расширив квартиры до двухкомнатных. Обычно это были семьи техников, пилотов и военных — тех, кто будет востребован при тревоге в первую очередь.

— Ах да, я и забыл, — Лункс быстро зашёл внутрь хромированного арсенала и торопливо начал стягивать оставшуюся экипировку.

Внутреннюю отделку «Палача» он всё же решил не менять, хотя его и раздражал вездесущий блеск. Сверкающие красными индикаторами замки интегрированных шкафчиков ярко сверкали равнодушными глазами. «Из этих ребят ещё не скоро получится хоть что-то похожее на «Сигму», — с прискорбием констатировал он, опустив взгляд на нарисованный символ «Тау» на полу. Его сделал Скир, подрывник их команды, но отнюдь не от большой любви к новой семье. Хотя нотам удалось приглушить навязчивые идеи сумасшедших анимагенов, остаточный эффект личности на некоторое время возвращал пагубные видения. К своему неудовольствию, Лункс отметил, что все члены «Тау» состоят из свихнувшихся и одержимых местью ублюдков, которых командование решило реабилитировать. «Ведь все же мы — анимагены! — язвительно передразнил он Урси, когда тот вместе с Сантией передавал ему Мара и Скира. — Почему в мой отряд-то?»

— Хорошенько тебе отдохнуть, — пожелал он Лефиту, выходя из салона. Створка турболёта поползла вверх и с гулом захлопнулась, щёлкнув замками.

— И тебе, командир, — сервал убрал в карман пульт и быстро сошёл с площадки. Из контуров вокруг неё вспыхнул свет, и машину окутала бледная плёнка энергетического купола, закрыв от пыли и прочих внешних факторов.

Урси сидел за штурвалом «броневичка», оставшегося вне защитного поля. «Сколько воспоминаний, — он удовлетворённо вздохнул и прикрыл глаза. Грязное сиденье пачкало серебристый комбинезон, но ради такого момента было не жаль одежды, — почти всё наше «детство» мы провели в салоне этого грузовика…»