— Я не испугался! — сердито воскликнул он. — То есть… если бы мы попали в засаду, нужно было что-то сделать!

— Надо найти тебе сигареты, а то ты стал слишком нервный, — рассмеялась она, взяв его за руку. — Хорошо, что Лунги тебя не видит.

Для дочери он был не просто любимым отцом, но ещё и наставником, обучающим её дисциплине и выдержке. Стыдливо поджав уши, Лункс тряхнул головой и кивнул, улыбнувшись уже более бодро:

— Ей ещё рано такое знать, — хитро подмигнул он, взглянув на возвышающуюся перед ними створку.

Куполов Трибунов поблизости не оказалось, но едва они подошли ближе, как механизмы внутри зашевелились, а створка плавно опустилась вниз, открывая их взорам обычную улицу Аполотона.

***

Все анимагены Союза знали, что случилось с Аполотоном в начале Войны Возрождения. Внезапная разрушительная атака «Рассвета» и сметающий огонь флота «Хранителей» оставили от города чёрные руины, куда не заходили и самые смелые разведчики Сопротивления. Для всех оставалось загадкой, для чего Эксплар использовал останки столицы, и уже никто не узнает об этом. Чувствуя в воздухе слабый смрад от пожаров, Кано поморщился и вышел вперёд на середину тротуара, оглядываясь по сторонам.

Если бы он не знал, что эти анроты — бывшие «клеймённые», он бы принял их за обыкновенных А-416, настолько они стали на них похожи. Без брони, оружия и пустых взглядов, эти анимагены спокойно шли по своим делам, с нескрываемым любопытством разглядывая стоявших у ворот Шпиля беотов. Первым отличием, сразу бросившимся в глаза, была их одежда. Дело в том, что комбинезоны «Рассвета», которые адаптировали под себя повстанцы за время жизни в Сольтене, стали национальным символом, знаком того, что они возрождены в лабораториях Создателями. Дизайнеры Союза создавали уйму вариаций, начиная от облегчённых летних до сверхпрочных военных. К тому же, они различались по сериям, классам анимагенов и возрасту детей. В Технократии, как заметила Арги, от комбинезонов полностью отказались. Вместо этого анроты использовали варианты человеческой одежды, которую им удалось рассмотреть, когда они в последний раз были в Аполотоне. Пальто, платья, куртки, джинсы и даже плащи — всё это пестрело разными цветами и узорами на фоне сизых лиц, светящихся глаз и длинных ушей самих анимагенов.

— Они выглядят как люди, — со смешанным чувством восхищения и неприязни протянул Лункс, вспомнив жителей городов, куда они заезжали до войны, — как под копирку.

— Анроты всегда хотели стать похожими на своих биологических предков, — проговорила Лиззи, разглядывая раздвоенную верхушку небоскрёба перед ними, — сколько их знаю, они всегда были «Ле вибо конси». Стремящиеся к создателям.

— А я ведь что подумал, — Рэтси с усмешкой потёр руки, — «технократам» ведь нужен «Лог-Ос», да? А это значит, что скоро перед нами предстанет целая страна качественной выпивки, сигарет и горячих баб, которые сами на тебя запрыгнут! Так, — он суетливо осмотрелся, — мне срочно нужно местное гражданство!

— Ещё чего! — возмутилась ящерица, стукнув хвостом по асфальту. — Никакого достоинства, одна похоть и алкоголь на уме! Не говоря уж о том, что мы ещё не приняли такого важного решения, как передача репродуктивной системы «Лог-Ос».

— Но звучит неплохо… — заикнулся было Кано, но тут же умолк, заметив две ломаные линии на лице Лиззи. — Я имел в виду, что мы заключим союз. Да.

— Не бегите вперёд гравицикла, мальчики, — усмехнулась Арги, поворачиваясь направо в сторону перекрёстка вдали, — Лиззи права — ещё неизвестно, как обернутся события. Впрочем, если Прокуратор не обманул и действительно пригласил одного из представителей Эххи, то у нас есть шанс свести всё к миру.

— Мы ещё не до конца уверены, что он вообще не врёт, — возразил Лункс, с подозрением прищурившись на проходящего мимо анрота в красной рубашке и джинсах. Тот удивлённо приподнял бровь, но ничего не сказал, торопливо удалившись на безопасное расстояние, — может, это до сих пор зомби с промытыми микросхемами.

— Не врёт, — спокойно сказал Урси, следуя за Арги, — их мысли исходят от их сознаний.

— А, наконец-то наш телепат решил пробудиться! — рысь закатил глаза. — А раньше ты не мог сказать?

— Территория Шпиля находится под Конвентумом, — пожал плечами тот, — без разрешения Прокуратора, я не мог ничего сделать.

— А теперь по-нелиански, пожалуйста.

— Конвентум — это защитный псионический механизм нотов, — с умным видом начал разъяснять медведь, чувствуя некую гордость за свои знания, — если телепат достаточно силён, он может запретить слабым духом выполнять какое-либо действие. Например, ты не сможешь проникнуть в разум без его разрешения.

— А ты сильный телепат? — вкрадчиво спросил тот, дёрнув ухом от налетевшего ветра.

— Не такой, как Альвен. Он смог наложить Конвентум на телепатию на всей территории Шпиля, — Урси многозначительно окинул взглядом возвышающийся над ними изогнутый небоскрёб, — едва ли у меня был шанс его нарушить.

— Он имеет в виду — можешь ли ты вообще положить Конвентум? — уточнила Арги, взглянув на спину обогнавшего её Кано. Пёс внимательно смотрел по сторонам, запоминая детали дороги. Обычные фонари с квантовыми захватами, чёрный асфальт и сизые тела зданий — Аполотон почти не отличался от того, что он видел восемь лет назад, когда «Сигма» отправились уничтожить Шестерых Неизвестных. Разве что улицы стали чуть шире за счёт сужения проезжей части — транспорта, как ни странно для большого города, тут находилось немного.