— Дурак! — выпалила рысь, со злостью запихивая глефу во внутренний карман. — Какого Спируса ты сюда припёрся?

— Я просто гулял!

— Что?! — она схватилась за голову, пытаясь успокоиться и укротить желание сбросить его со скалы. — Эта пещера извилиста, как нейросеть процессора дяди Урси, я сама много раз в ней терялась, а ты просто «гулял» и нашёл выход?! Ты следил за мной, признавайся?

— Да я бы ни за что… — он выпрямился и стыдливо отвёл взгляд. — Ну да…

— О, Пантеон, если ты существуешь! Забери его обратно! — простонала Лунги. — Просто идиот…

— Да ладно тебе! Я никому не скажу про это место!

— Как и про прошлое? — насмешливо поинтересовалась та.

— Это случайно получилось… — смутился Луно.

— Почему ты всё портишь? — она толкнула его в стену и быстро зашла внутрь. — Из-за тебя мне опять придётся искать скалу, где можно уединиться и не слушать ваших занудств. Идём, — окликнула она встрепенувшегося волчонка, которого перспектива самому искать выход нисколько не прельщала. Он и нашёл-то его случайно, когда отправился вслед за подругой.

«Больно надо было забираться так далеко, — ворчал он про себя, ориентируясь на звуки шагов идущей впереди Лунги, — зачем вообще тебе уединяться в горах? Будто дома мало».

— Как тебя твоя мать-то отпустила? — продолжала негодовать рысь. Пещера изгибалась, то расширяясь, то сужаясь до такой степени, что им приходилось идти боком. Мысленно запоминая маршрут, Луно нечаянно дотронулся до спины подруги, когда та замедлилась.

— Она дала мне выходной, — быстро сообщил он, не успела та злобно прошипеть, — каникулы же…

Хотя для него слово «каникулы» имело столько же веса, сколько для Лупо слово «милосердие». Вспомнив о матери, Луно невольно поёжился. Анимагены, несмотря на совершенные тела, всё же испытывали боль и усталость, пусть и кратковременные. Однако для него каждый день был наполнен этими чувствами. От зари до зари мать нещадно тренировала его, заставляя бегать до самого Неолона и обратно, обращаться со всеми видами оружия, причём с голографическими манекенами самого высокого уровня. Даже опытным спецназовцам приходилось прилагать усилия, чтобы одолеть таких противников, и естественно Луно не победил ещё ни в одном бою. Доказывать Лупо то, что он ещё слишком мал для таких поединков, оказалось бесполезно, а спорить с Командиром Обороны осмеливался разве что Драго Огнехвост. Раны затягивались за ночь, но волчонок всё равно чувствовал себя подавленным и уставшим — его жизнь состояла из череды подготовок, муштровки и дисциплины, и даже отец не мог повлиять на такой уклад.

— Ты тоже идёшь на день рождения? — спросил Луно Лунги, когда они вышли на свет. Каменистая тропа, ведущая к пещере, сворачивала за высокую скалу, откуда доносились звуки города. Тяжело вздохнув, рысь накинула на голову капюшон и быстро зашагала вперёд.

— Разумеется, я иду, кретин, — бросила она, не поворачиваясь, — не могу же я бросить свою лучшую подругу с такими как вы.

Капи единственная, к кому Лунги психологически не могла относиться плохо. Мало того, что она была старше всех из их компании, так ещё и обладала весёлым оптимистичным характером, в противовес угрюмому пессимизму рыси. Поговаривали даже, что Капи — это первый ребёнок анимагенов, не считая легендарной Бэтли Ночной Тени, о судьбе которой не говорил никто, даже Лупо. К сожалению, точную статистику знали только ноты, а их Лунги, мягко говоря, недолюбливала.

Над ними послышался приближающийся звук антигравитационных двигателей. Такие использовали летающие анимагены, но кто из них мог забраться сюда? Подняв головы вверх, юные беоты с удивлением увидели снижающуюся прямо на них жёлтую, с рыжим хохолком, канарейку. По её лицу Луно в последнюю секунду понял, что плавное приземление сейчас сменится стремительным падением, и бросился вперёд, чтобы успеть поймать незадачливую летунью. По чистой случайности он умудрился толкнуть плечом ничего не подозревавшую Лунги, и та, вскрикнув, едва не упала, вовремя спохватившись и вернув равновесие. С испугом посмотрев на неё, Луно хотел было извиниться, но тут на него, коротко взвизгнув, обрушилась Капи.

— Прости-прости-прости! — затараторила она, подскочив и едва не задев раскрытыми крыльями отпрянувшую рысь. — Я запуталась в управлении!..

— Откуда они у тебя? — Лунги ловко уклонилась от её крыла, когда та повернулась к ней.

— Мама с папой подарили! — радостно защебетала канарейка. — Я даже не думала, что они мне разрешат! Правда, я ещё не умею толком летать… Но обязательно научусь! А когда я научусь, то…

Иногда у Лунги складывалось впечатление, что Капи выговаривает слова, едва они приходят ей в голову. Иногда жёлтая беот могла проболтать без умолку пару часов напролёт, чем очень утомляла свою подругу, но, тем не менее, рысь всё равно любила эту жизнерадостную чудачку.

— Я думала, ты сейчас дома, — перебила она, наблюдая, как Капи неумело складывает крылья за спиной. Под цвет её перьев, они были жёлтыми, с соответствующим птицам узором, и лишь кончики оказались рыжими.

— Ой, меня мама сама выгнала, чтобы я не мешалась со своим подарком, — отмахнулась та, — подумаешь, разлила смоул! Я же нечаянно!

— А Кири?

— Она, как всегда, сидит в Альтриле, — при этих словах Луно грустно вздохнул. «Альтрилом» называлось виртуальное пространство с компьютерными играми, подключённое к Сети. По мнению Совета, игровой метод восприятия должен развить творческое мышление у молодых анимагенов, и с этим соглашались все, кроме, разумеется, Лупо.