— Тогда сначала помоем волосы, наклони голову назад.

Михаил с опозданием понял, что сейчас полностью беззащитен. Полосни бритвой по горлу и ему конец. Но в это момент он внезапно ощутил, что с его ширинкой что-то происходит. Это чьи такие шаловливые ручки? Затем в ход пошли вовсе не они.

«Ах, ты черт! Но как приятно она работает язычком!»

И ведь не дернешься, когда твою голову намазывают какой-то химией. Даже не повернуться и глянуть, кто там внизу. Разноцветная девица лишь подмигнула через зеркало:

— Два в одном. Комплекс!

— Ну ты и сука!

— А то!

После окончания обоих процессов Михаил договорился о покупке одежды и даже ужине. Оказывается, у них тут была своя кухня и небольшой магазинчик.

— Устроим в лучшем виде. У нас и переночевать можно.

— Даже так? — Михаил уже успел немного расслабиться. Правда, кто ему сделал удовольствие, так и не увидел.

— Ага, и вовсе не одному. Меня Элис зовут.

— Миха!

— Приятно познакомиться!

Девица так плотно прильнула к нему, что он мог угадать правильный размер её бюста.

— А Сеня где?

— Так давно зажигает.

Эйлис повернул кресло и переключила кнопку на экране небольшого телевизора. Там в комнате с двумя девицами кувыркался Семен.

— Опа, никакой приватности!

Эйлис хмыкнула:

— Чего я там не видела? Но камеры лишь для надежности. Всякие тут приходят.

— Обижают? Здесь-то хоть безопасно?

— Конечно! У нас манифест с основными гангами подписан. Некоторые места в Старой Москве вне зоны интересов группировок. Тем и живем. У нас ведь не только девочки, но и казино, сауна в соседнем корпусе. Народ должен где-то отдыхать?

Михаил подумал и согласился с предложением. Напряжение последних дней сказывалось, размышлять о серьезном сейчас не хотелось.

Обслуживала его Эйлис и та девица, что сидела перед этим на коленях. С короткими волосами и неплохой фигурой она была представлена как Петра. Любили почему-то в Старой Москве все американское. Комната для утех оказалась вполне уютной, траходром огромным, еда очень даже неплохая и главное — настоящая. Да и удовольствие от двух дам неподдельное. Ночь вышла шумной, а вот утро похмельным.

Очнулся Михаил, как и Семен вовсе не в постели, а на крепких стульях, к которым они были прикованы чем-то непонятным.

— Да что за!

— Заткнись! — сегодня Эйлис вовсе не выглядела душкой. Даже одета в кожу и шипы. Но глаза подведены и на губах красная помада. Держит стиль чертовка!

— Вы не охренели в натуре?!

— Если не заткнешься, то я тебя сама заткну! — в поле зрения появилась накаченная девица с маскулинной внешностью. В этом Союзе подобное извращение не поощрялось, так что сразу было понятно, почему она здесь. Кобла угрожающе помахала перед скованными молодыми людьми шприцем, и тем пришлось успокоиться.

Пацанам осталось лишь наблюдать, как их одежду и рюкзаки выворачивают наизнанку, и как разгорается алчный огонёк в глаза той, которую они знали под именем Эйлис.

— А сами говорили про манифест, нейтральную зону.

Девица лениво оглядела парней, подмигнула Михаилу и нарочито ласково ответила:

— Только для тебя красавчик, так и быть, скажу. Кто же в здравом уме откажется от таких денег? Да и засветились вы на районе, ухари. Вон сколько за вас дают хорошие люди.

Затем она показала им экран с цифрами.

— Жадные вы, девочки.

Эйлис широко улыбнулась и попрощалась:

— Пока, мальчики! Оставляю с вами Тейлор.

Гендерное безобразие особым усердием в службе не отличалась. Оглядев привязанных силовыми наручниками парней, девица-мужик уселась в баре и начала перебирать напитки. Михаил зло глянул на нее, а затем удивленно на Семена. Тот творил нечто странное. Подобрал губами висящую на шее тонкую палочку, смахивающую на манок и начал дудеть в нее. Крыша рухнула? Звука от дуделки слышно не было, но действие неожиданно она произвела.

В какой-то момент Михаил почувствовал, что оковы силовых наручников перестали давить на мышцы, и еле успел поймать падающий датчик. Он бросил взгляд на Семена и кивнул в сторону бара, затем начал понемногу разминать кисти, еле сдерживая злорадную улыбку. Семен тем временем прикидывал, что можно тиснуть с собой из кабинета жриц определенного рода услуг.

Через десяток минут все три стула оказались заняты тремя же девицами. Парни не стали выдумывать ничего нового, а соорудили из тонких одеяний самодельные веревки. Рты у дам благоразумно сразу были заткнуты, а раскиданные вещи упакованы обратно в рюкзаки. Радовало то обстоятельство, что ни черная валюта, ни золото не пропали. Жадность все-таки лучшее качество!