Смею предполагать, что о Петре в этом отношении Фьюри пока ничего не известно. И чем дольше это продлиться — тем лучше.

— И чего же ты хочешь?

Спросил Тони.

— А ты не понял? Хочу, чтобы меня более не трогали. Мне вполне неплохо живётся и с обычной работой, а лезть во все эти геройские разборки нет ни малейшего желания.

— То есть…

Начал Тони, но его перебил Чарльз:

— Наш друг говорит о том, что не собирается принимать участие в локальных конфликтах, к которым часто привлекают «Мстителей». Не стоит дёргать его для поимки террористов. Но, полагаю, он не откажется, если угроза примет глобальный масштаб, вроде вторжения или всё тех же симбионтов?

— В целом, всё так.

Подтвердил я версию профессора. Да и Лаура сменила гнев на милость.

— И что мы ответим?

Теперь вопрос был адресован Старку.

— Лично мы, который я, скажем, что Ник — крайне твердолобая личность. Его переубедить практически невозможно — я пробовал. Хотя сейчас его позиции весьма неустойчивы как раз из-за этой затеи. Очень многие не хотят видеть рядом с собой кровожадных монстров.

— Думаю, этот вопрос можно полностью доверить Тони. Со своей же стороны могу заявить, что двери моего дома будут для тебя открыты, и ты так же сможешь рассчитывать на помощь со стороны «Людей Х», если таковая потребуется.

А вот это уже серьёзно. Фактически мне только что предложили защиту частной армии, которая может дать фору любой другой. Причём, никаких ограничений он не ставит. То есть, если меня прижмут, причём, неважно, кто, они придут на помощь. Это да, это аргумент. Разумеется, это при условии, что они мне не лгут и действительно выполнят обещанное. И, ведь, даже составление договора не поможет, поскольку у каждого из этой парочки есть целая армия адвокатов, хотя, каких адвокатов, с их деньгами, у них, скорее, свой суд есть. Да не, суд, это, всё-таки перебор, но вот две армии адвокатов могут доказать всё, что угодно.

— Так какой план?

Если они мне не врут, то я остаюсь кругом в выигрыше, если же наоборот, то у мен всё равно нет выбора. Просто говорить со мной будут не два добрых миллиардера, которым нравится играть в приставку, а доблестные дяди в форме, аргументы у которых будут совершенно другие. В общем, поживём — увидим.

По окончании диалога мы направились в тренировочный зал.

— Меня там не будет. Как уже было сказано, мне там светиться нельзя, но вот один мой коллега помаячит.

Пока мы шли, Тони излагал некоторые нюансы.

— Он, кстати тоже русский и тоже интересовался тем самым происшествием в твоём доме. Не переживай, ни он, ни я, ни мы оба не смогли найти никаких более-менее вменяемых улик, кроме показаний свидетелей, а они, думаю, не сложно догадаться, какие.

— И какие же?

Заинтересовался я. В конце концов, интересно же, что рассказывали выжившие после той ночи.

— Да какие? Что-то вроде: «Он был ростом три метра, глаза горели огнём, из пасти лилась кислота, за спиной были крылья размером с дом, а ещё в небе летал дракон!». Это если объединить все показания в единый образ. Ты там ещё иногда огнём дышал, а там где ступала твоя нога, земля трескалась и из неё вылезали души грешников, что постоянно плакали и молили о пощаде.

Вот что значит, у страха глаза велики. А я ещё боялся, что меня там к делу пришьют. Да останься я дома и наплети полицейским с три короба, что, мол, под кроватью спрятался, потому чудище и не нашло, так проблем бы и дальше не знал.

— Это что же выходит, я могу спокойно домой вернуться, и меня не прирежет первый попавшийся супер?

— В целом — да.

Кивнул Тони.

— У меня уже готовы документы о том, что ты временно переехал в Америку. Пока что я их тебе, естественно, не отдам — надо сначала, чтобы их ваши ведомства заверили, но если что, имей в виду, отступать тебе есть куда, и, как минимум, официально до тебя никто не дотянется. В первую очередь Фьюри.

— С чего бы такая щедрость?

На моё недоумение Тони лишь пожал плечами:

— Во-первых: мне не нравится, что мутит Ник — он с каждым разом всё меньше и меньше замечает границы дозволенного. Скоро Щ.И.Т. может сам превратиться в террористическую структуру, подмяв под себя правительство страны. Если что, я тебе ничего подобного не говорил, а ты, разумеется, ничего подобного не слышал. Во-вторых: ты опасен, как и все носители симбионтов, но в противовес им ты разумен и вполне адекватен. Да, как полноценный актив для меня или Ксавьера ты бесполезен, но лично я предпочту сохранить с тобой более-менее дружественные отношения, чтобы, когда запахнет жареным, ты меньше отвлекался на ненужные распри. Речь идёт о тех самых неординарных случаях, вроде этого. Да, финансовой выгоды я с этого не получил ни малейшей, но далеко не всё в этом мире измеряется деньгами. Хотя, справедливости ради стоит заметить, что к этой простой истине я сам пришёл не так давно — помнишь же вторжение пришельцев? Вот примерно тогда до меня и дошло.

Вот уж не думал, что один из богатейших людей мира скажет нечто подобное. Честно признаться, поражён.

Между тем мы уже спустились в некое подвальное помещение, которое вновь состояло из коридоров, но на этот раз белых. Вот тут заблудиться как два пальца — все коридоры абсолютно одинаковые, так ещё в добавок куча перекрёстков и поворотов. И вот думай теперь, это Ксавьер так прикалывается, или всё на самом деле так и есть? И, ведь, хрен поймёшь — вон он, идёт с непроницаемым лицом.

— Сразу скажу, чтобы не возникло недоразумений и претензий: ты считаешься гражданским, так что заставить тебя лезть в пекло никто не может. Да и потом, команда уже сработалась, а выход завтра, так что ты скорее будешь как пятая нога — ни к селу, ни к городу.