Один из кирпичей не удержался в кладке и со всплеском упал в воду, куда следом угодило щупальце, царапнув сталью по бортику. Благо, трёх опор хватило, и доктор не полетел в воду. Только прохрипел что-то неразборчивое, после чего, нащупав опору, двинулся дальше.

— Я так понимаю, надо отсоединить щупальца, чтобы его обезвредить?

Петра, к которой я и обращался, смотрела ему в след, словно заворожённая.

— Эй!

Я потряс её за плечи, глядя в то место, где за маской находились её глаза:

— Если так и будем стоять, то ничем ему не поможем.

— А?

Девушка словно очнулась ото сна.

— А, да, ты прав. Да, надо отсоединить их у основания…

— Ты справишься?

Собравшись с духом, она твёрдо кивнула. Теперь у меня в рука была не хрупкая растерянная девушка, а полноценный супер, знающий, чего хочет и как этого добиться.

— Тогда погнали.

Красный, получив свободу, тут же покрыл тело, перехватывая управление.

— Ты только аккуратнее.

Успел сказать, пока рот не превратился в ощерившуюся длинными острыми зубами пасть.

— Всё будет в лучшем виде.

— Только не трави его! Он сейчас от чего угодно может умереть!

Поспешила вмешаться Петра. Обернувшись, мы ответили:

— Всё будет в лучшем виде.

Лаура наблюдала за нами с нескрываемым любопытством. Мы погрозили ей пальцем:

— Ты с ним понежнее.

В ответ она пожала плечами и в два прыжка догнала Октавиуса. Когда она уже прыгнула ему на спину, одно из щупалец вдруг перехватило её прямо в воздух и отшвырнуло в стену. Петра пробиралась по другой стороне и не могла помочь. Но мы тоже мух не ловили: оттолкнувшись от стены и, выпустив жгуты, которые впились жалами в кладку противоположной стены, притянулись и поймали напарницу, не дав ей врезаться. Она оказалась на удивление тяжёлой. При примерно одинаковой комплекции с Петрой, она была ощутимо тяжелее.

— Аккуратнее.

Да уж, когда рот в четыре ряда заполнен острыми зубами, даже добрая ухмылка превращается в чудовищный оскал.

С секунду она смотрела своими изумрудно-зелёным глазами в белые бельма, что изображали глаза как раз над пастью, после чего, недовольно поджав губы, кошкой извернулась и вновь бросилась на доктора, которого уже заняла Петра, забравшись на спину и возясь с одним из щупалец. Мужчина что-то хрипел, но слов было не разобрать из-за скрежета металла о кирпичную кладку. Ещё одно щупальце взяла на себя Лаура, так что стоять он мог только на двух. Устойчивость уже аховая, но почему бы нам не усугубить положение?

Одно щупальце упиралось в стену, тогда как второе — в пол. Расстояние для человека приличное, но для нас ни малейших проблем не создаёт — жгуты вырываются из предплечий и обвивают сегментированный металл, фактически обездвиживая доктора. Для верности мы даже обхватили жгуты руками, хотя они и так часть этих самых рук. Теперь стоит нам только приложить чуть большее усилие и потянуть на себя, как Октавиус, вместе с сидящей на его спине Петрой, полетит вниз. Третье щупальце и так свободно постольку-поскольку, потому что постоянно приходится искать опору и отталкиваться от неё. Четвёртое Петра уже практически отсоединила. По крайней мере сейчас оно не проявляло ни малейшей активности, а в следующий момент с лязгом упало на пол. Девушка моментально переключилась на то, что пыталось схватить Лауру, что ловко избегала его неуклюжие попытки. Когда же с этим щупальцем было покончено, ей пришлось ловить доктора, чтобы он не ударился головой о кирпичную кладку.

Теперь мы смогли, хоть и с трудом, разобрать, что же такое он хрипит в своём бреду:

— Отстаньте… Оставьте меня в покое… Девочка… Я должен за тобой присматривать… Отпустите… Девочка… Девочка… По кусочкам… Отпустите… Курт… Собирали вдвоём… Коннорс, где ты… Помогите… Ничего не чувствую… Девочка…

И так по кругу он повторял одно и то же. Невооружённым глазом было видно, насколько сейчас Петра напряжена и сосредоточена. От её успеха зависит жизнь единственного близкого человека, который при встрече даже не заметил её. Человека, что собственными руками вытащил её с того света, но напрочь об этом забыл, бросив её в одиночестве. Сейчас она предельно сосредоточена, но не надо иметь докторских степеней, чтобы понять, внутри неё сейчас бурлит поистине адская смесь из эмоций, и остаётся только гадать, в каком виде этот чудовищный коктейль найдёт выход наружу, и как долго продержится маска стойкого супера на лице хрупкой девушки.

Наконец, оба последних щупальца были отсоединены. Доктор Октавиус продолжал бредить на руках Лауры, в то время как мы с Петрой подхватили механические конечности с пола. Первым по лестнице поднимались мы с закреплённым на спине доктором. Щупальца были переданы Лауре.

Оставшиеся на верху товарищи мутантки кинулись было к нам с расспросами, но были прерваны холодным голосом Петры:

— Вы — со мной, остальные ждите здесь.

После чего твёрдым шагом девушка направилась в лабораторный комплекс. Пройти пришлось довольно много, но в итоге мы оказались в просторном помещении, больше напоминающем операционную, нежели лабораторию.

— Здесь меня собирали по кускам.

Пояснила подруга, после чего указала на кушетку:

— Клади его туда лицом вниз.

Механические конечности они сложили у стены, после чего Петра подошла к шкафу с прозрачными дверцами, коих здесь было множество, и набрав инструментов, колбочек и всего прочего, подошла к столу. Красный вновь вернулся под кожу, передав управление телом мне. Девушка же протянула мне одну из трёх масок — респираторов, что взяла в шкафу. Вторую надела сама, а третью протянула Лауре.