– Ага, а остальным на радость представление устроили, – вздыхаю я, вспоминая одни из худших минут в своей жизни. – Ненавижу это, – со злостью в голосе произношу я.

– Зато можно быть спокойной лет так... м-м-м, – хмурится Тимур, – десять, кажется? Ведь в последний раз тебя в восемнадцать жалила пчела?

– В двадцать, – я отвожу от него взгляд. Сердце колотятся с удвоенной силой. Краска отходит от лица, а по телу проходит холодный озноб. Тот день вспоминать не хочу. Он никогда не сотрется с моей памяти. Тупая боль всегда будет жить внутри меня. Но с годами тоска уже не так ощутима как раньше.

– Восемь? – переспрашивает Тимур. – Что-то не припоминаю.

– Тебя уже не было, – произношу севшим голосом.

– Как это случилось? – в его выражении лица ни намёка на веселье, он предельно серьёзен. Делает несколько шагов и останавливается рядом с моей кроватью.

– Просто вышла на улицу, – поджимаю плечами. Вспоминать об этом, а тем более рассказывать желания нет. Ещё и Тимуру. В случившемся тогда в какой-то степени я его винила. Если бы он не был гордым дураком, я бы не потерлась на ту фотосъемку.

Несколько минут мы молчим, каждый думая о себе, а потом неожиданно для себя, в голос задаю волнующий меня все эти годы вопрос:

– Почему ты не вернулся? Мы ведь ссорились и до этого. Неужели настолько сильно обидели тебя мои слова? Знаешь, я так много раз вспоминала тот день, крутила в голове каждое сказанное слово, жалела, но так и не поняла, почему ты так просто исчез. Без объяснений. Не попрощавшись. Даже на развод не подал.

Я смотрю прямо на Тимура. Задерживаю дыхание, ожидая ответа. Иногда лучше поздно получить ответы на свои вопросы, чем до конца жизни вновь и вновь задавать их себе. А сейчас самый подходящий момент. В другой раз не решилась бы.

– Майя, – тяжело вздыхает Тим и трёт ладонями лицо. Отходит в угол комнаты, садится на стул.

Молчит.

Лишь тяжелым взглядом на меня смотрит.

– Я поняла. Не говори раз не хочешь, – разочарованно качаю головой. Возможно, это даже к лучшему.

– Я попал в аварию, – его слова разрезают тишину в палате.

– Что? Когда? – резко перевожу взгляд на него. Смотрю с недоумением. О чем он?

– Такси, в котором я уехал от тебя в тот день, попало в аварию. Я три месяца провёл в больнице, Майя.

Глава 18

– Я не понимаю, – качаю головой, недоверчиво смотря на Тимура. – Что значит ты три месяца провел в больнице? Почему меня никто не оповестил? – я сажусь в постели, внимательно слежу за напряженным мужчиной напротив.

– То и значит, Майя, – резко отрезает он. – Я позвонил родителям, сказал что некоторое время поживу с ними, что у нас с тобой небольшие проблемы в отношениях. А через несколько минут нас подрезал внедорожник, который двигался по дороге с огромной скоростью. За рулем сидел пьяный парень. Умер на месте. Его машина перевернулась несколько раз. Мне повезло что я сидел на заднем сидении. Весь передок был раздроблен. Водитель умер не дождавшись скорой. Меня из машины вырезали.

– Господи, – прикрываю ладонью рот, пытаясь осознать происходящее.

Тимур мог погибнуть. И я бы до конца своих дней чувствовала вину. Не смогла бы простить себя. Никогда.

– Что было дальше? – сдавленно спрашиваю я, заранее боясь правды, которая последует после.

Тимур отворачивается и смотрит в окно. Я вижу как дергается его кадык. Понимаю, что ему неприятно вспоминать прошлое. Но я обязана узнать все. Обязана понять что произошло с нами. Как так получилось, что наши полюса разошлись.

– Я почти две недели пробыл в реанимации без сознания. У меня была серьезная черепно-мозговая травма и несколько переломов. Когда пришел в себя, искал тебя взглядом, хотел увидеть, не понимал, почему тебя нет рядом. Но потом родители сказали что не стали сообщать тебе без моего ведома и я решил, что это к лучшему. Ты выставила меня за то, что я дурака клеил, а с теми травмами, что были у меня, я даже с кровати первое время встать не мог самостоятельно, не то что работать. Я когда сел в то такси, дал себе обещание, что если не получится ничего, то сделаю как ты говорила – найду работу. И вернусь к тебе не обузой на шее, а мужчиной, которого ты заслужила. А получилось, что я стал абсолютно беспомощным.

– Тимур, – с хрипом выдавливаю из себя. В груди давит, пульс в висках колотит.

– Не нужно, Майя, – качает он головой, переводя на меня взгляд.

Я замечаю в его глазах боль. Но мне больнее в разы больше сейчас. Одно дело думать, что тебя бросил муж, что ему на тебя плевать, и совсем другое – узнать, что некогда любимый человек оказывается страдал. Нуждался в помощи и поддержке. И тебя не было рядом.

– Я уже давно прошел тот этап, понял свои ошибки и забыл. Ты спросила, я ответил. Не более. Я ни о чем не жалею. Мы были молоды и глупы, не были готовы к ответственности и взрослой жизни. Так что все к лучшему. Я изменился, ты изменилась, мы уже не такие как раньше. У каждого из нас огромный багаж за спиной из ошибок, падений и взлетов. Не случись тогда той ссоры, кто знает где бы мы были? Возможно, разошлись бы годом позже, женились во второй раз и работали где-то на заводе.