— Хорошо, спасибо, что воспользовались услугами нашей компании, адрес сброшу вам в сообщении.

— Ага.

Возвращаюсь к Кире, которая заметно начала нервничать, целую в губы и зову официанта.

— Соскучилась? — Не могу отвести от нее взгляд, на фоне заката она похожа на принцессу из сказки.

— Конечно, нет, но вот взгляды девушек за соседним столиком, направленные на тебя, меня порядком успели достать.

— Ревнивица моя, — усмехаюсь в ответ, притягиваю к себе и впиваюсь в ее губы своими. Мне будет не хватать своей маленькой девочки, но иначе нельзя. Возможно, спустя годы мы еще встретимся, но сейчас все слишком зыбко и опасно, чтобы быть вместе.

* * *

Кира

Мы ужинаем под звуки моря и пение чаек. Солнце медленно скрывается за горизонтом, а холодный ветерок приятно щекочет кожу. Влад не пьет, он за рулем, а я из-за нервов не могу оторваться от бокала с вином.

Он все время неотрывно следит за моими движениями, прикасается то к руке, то к волосам, поглаживает ногу и шепчет на ушко всякие непристойности. От волнения и того, что должно последовать после ужина, у меня все валится из рук. Я роняю вилку, переворачиваю стакан с соком, а в завершение меня кусает комар и я так самозабвенно чешу ногу, что не замечаю, как цепляю локтем тарелку с шоколадным тортом, которая летит прямо на джинсы Влада.

— Прости. — Краснею и хватаюсь за салфетки.

— Ничего страшного, но если ты и дальше будешь так отчаянно пытаться оттереть крем от моих брюк, то до машины мы не дойдем. Придется перекрыть вход в уборную, — улыбается он, отстраняет от своей ширинки мою руку и целует ее.

Божечки мои, я и не знала, что существуют такие мужчины, как он! Пытаюсь найти общее между Владом, который орал всякие непристойности через стену месяц назад, и Владом, который с такой внимательностью относится ко мне, и не получается. Словно два разных человека. Может, у него есть брат-близнец? Как в фильмах.

Влад расплачивается за наш ужин, берет меня за руку, и мы неспешно возвращаемся к парку развлечений.

— Расскажи о себе. — Я все-таки не могу побороть свое любопытство и хочу узнать об этом мужчине все. Сегодня мы много смеялись, целовались, шутили, но ни разу не говорили о себе.

— У меня абсолютно скучная жизнь, так что нечего рассказывать.

— Ну-у-у, такого не может быть. Расскажи о детстве, что любишь, где бывал, о родителях. — Чувствую, как Влад напрягся после моих слов, и решаю до конца вечера прикусить свой язык, чтобы больше ничего не испортить.

В конце концов, еще слишком рано лезть в душу друг другу, а еще приручать такого мужчину, как Влад, надо медленно. По чуть-чуть, но так, чтобы в какой-то момент он забыл о том, что раньше как-то жил без меня. Неспешно и без лишнего напора. Так всегда говорила Линка, и в этот раз я собираюсь воспользоваться ее советом.

— Мои родители умерли, когда мне было три, я вырос в детском доме, так что сама понимаешь, воспоминания у меня вовсе не радужные, — после недолгой паузы все-таки отвечает он, а я не знаю, что можно сказать на это.

Жалось ему точно не нужна, развивать тему дальше тоже не лучшее решение, поэтому я просто киваю головой и молча иду дальше, представляя маленького грустного Влада, который остался без родителей и каждый день смотрит в окно, надеясь, что они придут за ним.

— А ты? Расскажешь о себе? И о том, почему после визита матери была так расстроена? — прерывает мои мысли Влад, и я рада, что он не закрылся от меня.

— Ну, мама нашла мне соседку. — Закатываю глаза, пытаясь не думать всерьез о том, что мне все-таки придется с кем-то жить. Я согласна только с Владом. — Она даже не спросила моего согласия.

— А отец? Или у вас мама главная в семье?

— С этим все сложно. У меня… У меня, можно сказать, два отца. Мои родители развелись, и меня вырастил отчим. Но эту квартиру купил отец, и я не понимаю, почему мама распоряжается ею, как хочет. — Мне надо было кому-то выговориться, а Влад оказался хорошим слушателем.

— Ясно. И как близки вы с отцом после развода?

— Эм-м, почти не общаемся. Иногда он звонит, спрашивает, как дела, очень редко приезжает, чтобы увидеться, но я не переживаю на этот счет. — Наш разговор заканчивается у Чертового колеса, мы садимся в кабинки, и от ночного города, который с высоты пятидесяти метров видно как на ладони, у меня захватывает дыхание. — Красиво, — шепчу восхищенно, когда кабинка останавливается на самом верху.

— Ты красивей, — шепчет Влад, целуя меня в шею и пробираясь пальцами под майку. — Весь вечер думаю о том, как буду раздевать тебя и любоваться твоим обнаженным телом.

От его шепота кожа покрылась мурашками, а сердце в груди забилось чаще. Его рука нежно поглаживает мой животик, опускается ниже, расстегивает пуговицу на шортиках и проникает под трусики.

— Влад, — выдыхаю я, пытаясь остановить его.

— Тише, малыш. — Целует меня в губы и дразнит пальцами между ног.

Я чувствую, как возбуждение накрывает меня с головой. Это сумасшествие — ласкать друг друга высоко над землей, когда всего в нескольких метрах от нас в соседних кабинках сидят люди. Но темнота скрывает нас от любопытных глаз, и я тянусь к его поясу, но расстегнуть не успеваю. Колесо снова начинает движение, и мы медленно опускаемся вниз.