Джо встрепенулся, как старый пёс, у которого из-под носа увели жирную косточку, и оскалился.

— Нет!

— Танцевать — с ним? — брезгливо хмыкнула Джанет. — Ни за что! У этого гадкого ирландца наверняка вши!

— Вши?! — разъярился Джо. — Ты, колбаса английская!

— Колбаса? — ахнула Джанет и возмущённо порозовела.

— Да если бы ты знала, через какую задницу нам с семьёй пришлось пролезть, только бы попасть на этот корабль, ты ни слова о вшах не пикнула бы! — грозно выкрикнул Джо и постучал кулаком по столу. — Мы прошли медосмотр, понятно? Вшей ни у кого нет, разве что у па были, но ведь он налысо постригся, так что мы абсолютно чистые! Ещё раз о вшах услышу…

— Задница! — с каким-то священным трепетом в голосе восклицала Джанет на разные лады и прижимала платок к дрожащим губам. — Как ты можешь выражаться подобным образом в присутствии девушек, невоспитанный?

— Я невоспитанный? Да ты сама меня довела!

Лиззи мягко ввинтилась между Джо и Джанет, сошедшихся грудь к груди, и ухватила обоих под руки так неожиданно, что они не успели вырваться. Лиззи понимающе подмигнула обоим и закружилась — стремительно, со всей возможной ловкостью, чтобы и Джанет, и Джо утратили силы для пикировки. Они поперхнулись воздухом и впрямь ненадолго умолкли, а Лиззи тем временем подскочила к ближайшему детскому хороводу и нагло проломилась в его центр. Сердце стучало у неё в груди, как обезумевшее.

— Ребята! — зычно крикнула она малышам. — Мы здесь в свою сторону крутимся, а вы — в другую!

Дети радостно запищали и пустились в буйный пляс. Лиззи не пришлось ничего делать: их подхватили, как вихрь — сухие листья, и вовлекли, втащили в танец. Джо и Джанет успевали только потрясённо хлопать глазами и ловить ртами воздух. Их свободные ладони безвольно повисли.

— Немедленно взялись за руки! — крикнула Лиззи. — Могу быть уверена, что это не смертельно!

В центр хоровода неуклюже пробилась заметно истрепавшаяся Бетти. Судя по красноте её щек и затруднённости дыхания, ей не удалось избежать танцев, пока она пробиралась сюда. Бетти неуклюже отбросила со лба неопрятные космы и простонала:

— Слушайте, я готова танцевать с кем угодно, но только не с мистером Мелоуном…

— Мистер Мелоун? — вопросительно сказала Лиззи и поглядела на Джо.

Их хоровод остановился, и Джо, пытаясь отдышаться, согнулся пополам. Он неловко пояснил:

— Это кто-то из тех волосатых братцев, которые хлопали деду… не знаю, кто из них более назойливый, но втроём они действительно страшная сила.

Бетти утвердительно закивала. Не успели Джо и Джанет возразить, как она встала между ними, вцепилась им в руки и с готовностью кивнула Лиззи.

— Начинайте танцевать, пожалуйста, ведь он меня найдёт!

И Лиззи убедилась в том, что один из братьев Мелоунов, а, быть может, и все трое, не одарён особой живостью ума, поскольку внушительный великан, что появился около хоровода через пару секунд, так и не нашёл Бетти, хотя она и отплясывала у него прямо под длинным приплюснутым носом. Впрочем, великан не особенно огорчился: он подхватил под локоть миниатюрную девицу, что едва доставала ему до середины плеча, и увлёк в танец в последний ряд коробки, где всё ещё покоряли публику своими изяществом и неутомимостью неразлучные мистер и миссис Дойл.

Шум музыки, топот и разговоры стали для Лиззи привычными. Она не останавливалась, хотя не чувствовала под собою ног. Её кружило, будто слабую веточку в водовороте, и она впервые в жизни радовалась свободе от собственного разума — радовалась жизни, в которой ею управляло только тело, само знающее, что ему нужно.

Лиззи не знала, сколько времени прошло, но, казалось, не минуло и часа с тех пор, как заросший детина отвёл её, Бетти и Джо на танцы. В груди у неё что-то горело, мысли путались, и она не могла точно сказать, что сейчас видит: реальность или то, что услужливо рисовало расшалившееся воображение. Во всяком случае, одно она знала достаточно хорошо: голова и тело у неё пылали и требовали срочного охлаждения. Не сговариваясь, Джо, Лиззи, Бетти и Джанет поспешили на прогулочную палубу для третьего класса.

По дороге Джанет вынула из кармана часики на изящной, хоть и потускневшей цепочке, и сощурилась, сверяя время. Её глаза округлились.

— О господи, — сказала она, — уже одиннадцать вечера! Что скажет папа?

— Не думаю, что он будет против, — лукаво усмехнулся Джо и показал большим пальцем за спину.

За длинным столом собралась большая и дружная мужская компания. Среди беседующих Лиззи заметила уже знакомого ей волосатого чернявого детину, краснощёкого алкоголика Палмера и одного из братьев Мелоун. Привалившись к плечу Мелоуна, тощий человечек в потрёпанном старомодном сюртуке вдохновенно повествовал о чём-то и в подкрепление своих слов опрокидывал в рот стакан всякий раз, как история подходила к напряжённому моменту.

Джанет расстроенно покачала головой и закрыла лицо руками.

— И это — мой папа! — без всякого пафоса, но с грустью произнесла она.

Джо успокаивающе хлопнул её по плечу, и Джанет дёрнулась, но не отстранилась. Бетти тактично отвела руку брата.

— Думаю, всем нам ясно, что мистер Боулс занят, — светским тоном произнесла Лиззи, — так что он не станет возражать, если мы выйдем прогуляться.

Джанет неуверенно закусила губу.

— Но уже поздно, — сказала она и помяла в руках цепочку от часов. — Если папа…