Только и внутри отдела иногда не был сдержан. Все знают, что если Дмитрий Викторович орет и кроет все и вся матом, то это просто индикатор крайней степени важности момента. И куда страшнее, если от него приходит письмо, начинающееся со слов: «Уважаемый сотрудник отдела Архитектуры…». И совсем кранты, если после отправки письма он подходит и с полуулыбкой молча ждет, когда жертва дочитает сообщение. В такие моменты офис перестает дышать, молясь всем богам за того, кто получил «путевку на плаху».

Но больше всего его очень любят девушки. Среди смежных отделов не найдется ни одной, с которой он бы не пофлиртовал, не засыпал комплиментами, и не вызвал к себе симпатию. При этом ни с кем не закрутил роман или интрижку, соблюдая некое личное табу по этому поводу.

И сейчас, погрузившись в рабочую суету, сотрудники впервые за долгое время услышали давящую мрачную тишину, разбавляемую горестными вздохами.

– Дмитрий Викторович, вы меня слышите?

Мучительно медленно всплывая из тьмы, сначала почувствовал вкус вдыхаемого воздуха, а затем услышал на периферии чей-то голос. Следом начали просыпаться остальные органы чувств.

– Дмитрий Викторович, вы можете открыть глаза?

Я честно угукнул, словно пробуя на вкус свой такой неузнаваемый голос.

– Дмитрий Викторович, - укоризненно сказал голос. Кажется, женский. – Ну так откройте, пожалуйста, глаза.

– Угу…

– Дим, хватит дурака валять. Долго я буду сиськами светить?

Я распахнул глаза, переждал долгие мгновения, пока взгляд не сфокусируется и медленно посмотрел на источник звука.

– Ну вот, всегда работает, – усмехнулась полноватая медсестра, быстро ощупывая и осматривая мою ослабленную тушку. – Добро пожаловать снова в мир живых, Дмитрий Викторович.

– А… си… сись,- прохрипел я.

– Пф, - фыркнула медсестра, быстро считывая данные с монитора над моей головой. – Вам нельзя напрягаться, Дмитрий Викторович. Вообще нигде. Я позову врача.

– А-а-а, - просипел я.

– Только с разрешения доктора.

Медсестра быстро направилась к выходу из больничной палаты, у двери обернулась и лукаво улыбнулась.

Через несколько минут в палату вошел знакомый усатый старичок с усталыми глазами и блестящей лысиной. Мой врач, у которого я наблюдаюсь последние пару лет.

– Здравствуйте Дмитрий, – раздался мягкий и успокаивающий голос доктора. – Вы, молодой человек, как-то рановато со своим сердечком разругались. Причем достаточно серьезно.

Он выдержал паузу, внимательно изучая мое лицо.

– Док..тор!
– голос не слушался, и я только стиснул кулаки. Ну как стиснул - едва шевельнул пальцами. Слабость вцепилась мертвой хваткой, не отпуская ни на секунду.

– Не говорите, - строго сказал врач, погладив короткие усы. – Вам ни в коем случае нельзя напрягаться. У вас, молодой человек, был обширный инфаркт, повлекший… скажем, необратимые последствия. Жизнедеятельность организма поддерживается искусственно. Фактически, ваше сердце едва функционирует и кровь по организму качается в большей степени аппаратом. Все, что можно было сделать – уже сделано.

– Швах… - не удержался я от комментария.

Врач усмехнулся, качнул головой, тихо продолжил:

– Вы тут несколько месяцев уже, осень на дворе. В день, когда вас привезли, на сдачу крови пришла сотня добровольцев. Уж не знаю с чего они взяли, что для вас надо сдать кровь, но до сих пор холодильники забиты материалом. Видимо, за ваше здоровье чужие люди беспокоятся сильнее, чем вы сами. Беречь себя надо, Дмитрий. А теперь давайте по существу! Представители Бионерики, как я уже сказал, очень просили позаботиться о вас. Причем просьба спустилась с самого верха корпорации. Не знаю кто вы в должности, но, простите, вписались за вас серьезно. Вам требуется пересадка сердца. Более того, поиск донора уже начат, опять же спасибо Бионерике. Сколько вы у меня уже наблюдаетесь? Вот то-то же! Я давно вам говорил, чтобы вы, Дмитрий Викторович, сократили, а лучше вообще исключили, чрезмерные физические нагрузки, возлияния, и крайне поумерили пыл с противоположным полом.

– Иван Трофи…мович, - слова дались чуть легче, - пожа… лейте…

– И как же, пациент?

– Добей…те!.

– Ох, Дмитрий Викторович, – сокрушенно покачал головой доктор. – Последние две недели вас держали в искусственной коме, ожидая пока не стабилизируется ваше состояние. И едва мы решили вернуть вас, кстати, не без труда, обратно в мир живых, как вы…

Стук в дверь прервал словоохотливого доктора, и он встретил посетителей.

Вошло трое. Очень привлекательная невысокая девушка в строгом костюме с тугим черным пучком волос на макушке и очень серьезным, сосредоточенным лицом. Я даже немного залюбовался этой холодной красотой. Следом за ней двое мужчин, одетых проще.