— Тоже смутно. На уровне основных принципов.

— Понятно. — «И крайне странно. Это же начала магической теории, идущие в комплекте с обоснованием конструктивных особенностей башен-концентраторов!» — Если коротко, гномий вариант экранирования по Штыргнудру отличается от классического человеческого варианта тем, что решает разные исходные задачи. Гномы, живущие в областях достаточно плотного фона, чаще сталкиваются с необходимостью отфильтровать из него вредоносные составляющие, в частности, избыточные стихийные оттенки, способные негативно повлиять на их прану. Если против окраса одного из «земляных» оттенков гномы обычно не возражают и даже наоборот, то вот узлы и аномалии, окрашенные, скажем, «воздухом» или «льдом» — им не по нраву. С чем их методика и справляется… слишком успешно в части ослабления фона и при этом, я бы отметил, недостаточно сглаживая пики. А экранировка Мурса — Дертагви борется в первую очередь с неоднородностью частотных и импульсных характеристик потока. И вполне успешно. Но! — Мийол подчеркнул важность момента поднятием руки, — оборотной стороной её эффективности служит износ. Активные слои довольно быстро выгорают и распадаются. Что сказывается на стоимости, самым неприятным образом. От бисекций адаптированные варианты экранировки ещё худо-бедно спасают, но в Баалирских рифах расположена трисекция. Общеизвестный человеческий метод в её случае, конечно, возможен, но не имеет смысла из-за повышенных расходов.

— А гномий?

Призыватель слабо улыбнулся.

— Экранирование по Штыргнудру использует принципиально иной механизм защиты. Оно не выставляет на пути потока объёмный лабиринт из тонких непроницаемых плоскостей, нет — оно преломляет поток. Довольно изящное решение и долговечное… хотя со своими недостатками, как я уже сказал. Однако можно усовершенствовать метод, если скомбинировать два подхода — и использовать кровь. Причём не свернувшуюся, а живую.

— Неужели?

— Да. Суть в том, что…

Следующие пять минут Мийол излагал идеи, зарождённые и тут же усовершенствованные во время обсуждения с участием Финнирда. То, что внук Реммица оказался никаким практиком, не отменяло того, что некоторые разделы магической теории и особенности школы Бегучей Крови он знал — для уровня специалиста — отлично.

И для устранения основной технической трудности предложил сразу два выхода… в равной мере требующих участия магов Стаглорен для поддержания защиты в активном виде: один — максимально выгодный для них, другой — более универсальный, годный для любых людей. Но при этом умолчал о третьем выходе, при котором Стаглорен требовались только на этапе создания экранирующей системы, и четвёртом, не требовавшем участия магов Бегучей Крови вовсе.

Мийол, Васаре и Ригар единым дружным (но молчаливым) решением не стали указывать ему на очевидность такого умолчания для тех, кто знал о крови и системе кровообращения чуть больше, чем того можно ждать от артефакторов и призывателя. В конце концов, они — последние, кто упрекнёт кого-либо за желание продвинуть семейные либо клановые интересы не в ущерб другим людям…

К тому же те два решения, о которых Финнирд сказал, имели преимущества перед теми, о которых промолчал. Обоюдная выгода.

— …как видите, — завершил Мийол несколько затянувшуюся лекцию, — вашему клану без труда найдётся ниша в полноценном освоении Баалирских рифов. Заодно всю ситуацию можно считать доказательством огромной выгоды сотрудничества. Причём даже и межвидового, идея коего встречает скепсис всяких… слактов и эрлизов.

— Вот как?

— А разве могут быть сомнения? Экранирование по Штыргнудру — Финнирду является не просто косметически улучшенной версией гномьей преломляющей экранировки. Это синтез идеи гномов с классической защитой в человеческом стиле, улучшенной благодаря глубокому знанию биологии и силе проявленного наследия крови вашего клана! Если это не пример сотрудничества, не наглядный образец пользы, которую приносит комбинирование знаний из разных источников — то что вообще можно считать примером такового?

— Благодарю за разъяснения… юноша, — кивнул Калтахешт. — Я запомню… это.

И удалился.

Рикс подождал, покуда эн-Стаглорен скроется из виду, и ещё немного, а потом сказал полушёпотом, чуть склоняясь к своему капитану:

— Ну вы с ним и… — вместо окончания фразы Воин покрутил головой этак неопределённо, словно не в силах выразить сумму своих впечатлений.

— Угу, — согласился Мийол, глядя в облачную даль не столь рассеянно, сколь задумчиво.

«Видимо, такова жизнь. После обидного поморде от Гарнатта я пожалел, что на мне Кираса Истины. Сейчас, после не столь обидного, сколь опасного разговора с Калтахештом, я жалею, что на мне вместо Кирасы Истины — обычная броня…»

Десятью минутами позже на палубу вышла жена Лигеса. Остановившись в нескольких шагах, она отчеканила, глядя призывателю в спину:

— Советую вам помнить, что клан Сконрен насчитывает более шести веков подтверждённой истории, уважаемый.

После чего Такодаре ань-Сконрен, не дожидаясь ответа, развернулась и ушла.

Мийол вдохнул и выдохнул. Снова вдохнул — и выдохнул.

— А на это что скажешь? — спросил он.

— Ну… есть у меня одно замечание.

— Озвучишь?

— Ага.

Молчание.

— Ну так озвучивай уже, — с лёгким раздражением.

— Замечание у меня будет такое. Очень хорошо, что лидер здесь — ты, а не я!

Время покатилось колобком: хлопотное, трудное, но интересное. Позже, вспоминая тот вал событий, Мийол выхватывал из него мыслью-памятью лишь отдельные яркие куски… и даже не раз и не два путался в последовательности вех. Просто потому, что множество разного (и важного, и не очень) происходило одновременно.