— Счастлив за тебя, а теперь прощай, — я поднял руку и в ней оказался Гунгнир. Я вбил копье прямо промеж глаз Познанию, а затем сверху вдарил парочкой молний, чтобы окончательно убедиться, что он сдох.

Мы победили…

Хотя от этой местности мало что осталось. Десятки километров разрушений и выжженной земли. Я брел по ним, чувствуя всепоглощающую усталость. Вот вроде бы целее, чем после схватки с Хагготтом, а морально выжат будь здоров.

Впереди я заметил бредущую навстречу Лизу, зажимающую рану на животе. Увидев меня, она облегченно вздохнула и плюхнулась на землю. Я добрел и сел рядом.

— Всё кончено?

— Ага…

— Уверен?

— А хрен его знает, — честно ответил я. — Познание на моей памяти уже убивали. Может через столетие-другое он явится снова.

— Мда…

— Давай не будем о грустном.

— И то верно.

— Теперь ты официально Императрица. Как ощущения?

— Так себе. И мороженого хочется.

— Я б тоже не отказался.

— Тогда это будет мой первый указ. Выдать нам с тобой по мороженому.

— Хороший указ, — рассмеялся я.

— Ну а что? Есть идеи получше? Вот что ты сделаешь, когда станешь владыкой севера?

— Ну… Устрою самую большую попойку. И все за мой счет.

— Хи-хи… Нет, я свою казну на такое тратить не стану. Может у тебя жителей и немного, а вот на моих землях… Нет уж. Лучше… Не знаю… Праздник какой учрежу. Всяко дешевле будет.

— Вот уж не думал, что ты такая скряга.

— Положение обязывает. И тебе советую следовать моему примеру, а то пропьешь всю казну и придется ко мне за займами бегать.

— Бу-бу-бу…

— Да иди ты… Я ведь серьезно.

— Ну так и мое бу-бу-бу тоже серьезное, по тону что ли не слышно?

— Дима, а как мы обратно добираться будем? У меня вообще нет сил лететь…

— Да, я тоже выдохся. Ну, будем надеяться, что нас Кощей подбросит…

— Кстати, а где он?..

— Понятия не имею…

— Приклоните колени, Дмитрий Алексеевич, — громко и торжественно произнесла Лизавета, хотя после коронации её теперь нужно называть просто Императрица. Императоры же отказывались от имен, восходя на престол, так что и Лиза последовала традиции.

Я послушно опустился на одно колено, и Лиза, создав из воздуха ледяную рапиру, коснулась её кончиком моего правого плеча, затем перевела его на левое, и затем коснулась головы.

— За сим нарекаю Дмитрия Алексеевича Старцева великим князем и возвращаю ему все имения и владения, что были конфискованы, а также жалую ему имение в Волговятском уезде, дарую титул конунга Севера, верховного правителя Тысячи Фьордов!

Последний указ вызвал оживление среди знати, но для меня это сюрпризом не было. Это все был хитрый продуманный ход. Тысяча Фьордов все ещё под властью Империи как вассал, пусть с большой степенью свобод, но вассал. Лиза этим и воспользовалась, введя титул конунга. Не всем в Тысяче Фьордов это придется по душе, и будь на моем месте кто другой, там начались бы сильные восстания, но я уже завоевал себе достойную славу, так что постепенно меня примут. И когда это случится, Лиза обещала выпустить манифест, дающий северу свободу.

Когда она убрала меч и отступила, я поднялся на ноги и улыбнулся ей. Она старалась держать маску величественности, но в глазах то и дело мелькали веселые огоньки. Отовсюду сыпались аплодисменты от дворян, одни были искренними, другие показушно наигранными.

В конце концов, побыв ещё немного на церемонии, Лиза удалилась, а спустя минут десять ко мне подошла Эола и провела внутрь нового дворца, что был возведен в скорые сроки на месте прежнего. Я, к слову, тоже в какой-то мере приложил к этому руку, потому что строили его северные гномы. Сами вызвались и возвели здание по проекту за пару недель.

Эола провела меня в комнату Лизаветы, где императрица уселась поперек в кресле со скорбной миной.

— Ты как? — спросил я.

— Ноги болят… Никак не могу привыкнуть к каблукам. Уж лучше солдатские ботинки.

— Власть требует жертв, — с важным видом отметила Эола. — Так что терпи или начни носить обувь по размеру.

Лиза в ответ показала Эоле язык.

— Дима, ты хоть счастлив? Я вернула твоему роду всё, что вы потеряли.

— Ну, технически не всё… — справедливо заметил я, бросив насмешливый взгляд на демоницу.

— Ну не могу я тебя сделать охранителем, ты же должен понимать…

Эола стала новым охранителем Лизаветы, сменив на этой должности Беспалова. Многие были в ярости от такого, но слово Императрицы — закон. Так что хагга теперь отвечала за безопасность.

— Всё нормально. Я понимаю, что не могу быть одновременно конунгом независимого Севера и твоим охранителем. Эола — хороший кандидат.

Демоница удовлетворенно улыбнулась.

— Кстати, есть один вопрос. Таня хотела бы войти в тайную канцелярию,— вспомнил я об просьбе девушки.