— Так каков же ответ, незнакомец? — воскликнул Бархус.

— Ответ, друг мой, проще некуда. Каждый сам определяет свой смысл жизни. Для каждого он свой. Любой же навязанный извне — лишь суррогат, приводящий к неудовлетворённости прожитой жизнью. Экзистенциальный кризис зачастую рождается из неспособности познать, что же является для тебя смыслом жизни. И наоборот, лишь познав его — ты обретаешь завершённость.

— Хмм. Каков же твой? — спросил дракон.

— Мой? О, я долго думал над этим. Однако лишь недавно осознал. Смысл моей жизни — подарить человечеству новое будущее. Всё остальное — лишь мечты, цели, желания и прочее. Но смысл таков.

— Довольно амбициозно, — хмыкнул он и поднялся на ноги, — Разговор был мне приятен. Твои измышления зажгли во мне жажду найти свой, вместо бесплодных размышлений об универсальном.

— Чудесно. Значит ли это, что ты не прочь подраться? — спросил я.

— Именно так! — ответил он, расправляя крылья.

Я приземлил Тимура подальше, для надёжности облачив его в экзоброню. После этого принял четвёртую форму. Мы с оппонентом взмыли в небеса и обрушили друг на друга пламенное дыхание. Учитывая мощные стихийные сопротивления, это было скорее приветствие, чем атака. А вот после этого, набрав скорость, мы врезались друг в друга, сцепившись и принявшись рвать шкуру оппонента когтями. Оттолкнувшись, я извернулся и укусил попытавшегося взлететь повыше противника за хвост. Бархус заревел и пнул меня лапой по морде, после чего таки вырвался и взмыл в небо. Я последовал за ним.

Чем сильнее он петлял и уклонялся от столкновения, тем сильнее меня разбирал чисто драконий боевой аззарт. Несмотря на то, что я казалось бы взял драконью сущность под контроль, она вновь начала рваться наружу. Догнать и обрушить на землю. Вот чего мне хотелось. Увлёкшись погоней, я не сразу заметил, что Бархус сбросил скорость, так что он внезапно перевернулся и, поравнявшись со мной, попытался полоснуть меня по брюху своими когтистыми лапами. Я кое-как прикрылся, не позволив нанести себе значительный урон, и сделал петлю в воздухе. Развернувшись к противнику, я спикировал на него как раз, когда он пытался стабилизировать своё положение после атакующего манёвра. Я вогнал когти ему в спину, но недооценил длину шеи. Так что рычащий от боли Бархус извернулся и вцепился мне в плечо. Прямо туда, где был сустав левого крыла. Мы оба потеряли возможность управлять полётом и, завертевшись кубарем, обрушились вниз. У самой земли я смог поймать момент и всё же оттолкнуть противника от себя. Он не успел выровняться и влепился в землю. Я же расправил крылья, спикировал у самой земли, сделал круг и приземлился, издав торжественный рёв.

Потребовалось приложить усилие, чтобы погасить боевой задор и напомнить себе о цели этого сражения. Так что я вернулся в человеческую форму, как и Бархус. Рыжий мужчина, сидя в кратере снега, который создало его тело при падении, рассмеялся.

— Хаха! А ты неплох! Смог использовать мой хитрый манёвр против меня же. Как понял, что я собираюсь тебе брюхо подрать?

— В моём мире в воздушных боях применяется похожая тактика. Хотя я так увлёкся погоней, что чуть не упустил момент, когда ты начал её исполнять, — ответил я.

— Интересно! — сказал он, — Кстати, а зачем ты, вообще, драться пришёл?

— Да старший ваш сказал, что только так согласится со мной сразиться и сходить на совет к королю, — ответил я.

— Аааа. Вот же хитрюга.

— Почему?

— Дак ему лень просто с тобой драться было, — сказал он, — Вот и решил, что пусть за него другие дело сделают.

— Ну чтож, пойду разочарую его.

— Хах. Удачи.

Дракон вновь сменил форму и взлетел в небо. Я вернулся к Тимуру, развеял конструкт, подхватил товарища телекинезом и мы отправились обратно в поселение. Дархана мы нашли у его дома. Он сидел на лавке и чистил морковь.

— Что, сдулись? — поинтересовался он, — Попрощаться зашли?

— Перебьёшься. Дело сделано.

— Да ладно. И Бархуса и Самру? — прищурился Дархан.

— Я так понимаю, на Секта ты даже не рассчитывал?

— Не, просто хотел, чтобы этому болвану кто-то бока намял, — ответил он, откусив кусок морковки.

— Я победил в трёх боях, как и договаривались. Если надо, я тебя потащу говорить с каждым из них, коли уж ты такой недоверчивый.

— Не… — отмахнулся он, — Вижу, что не врёшь.

— Отлично. Готов сражаться?

— Не.

— Только не говорил, что ты передумал и всё равно не пойдёшь на совет.

— Не. Мне просто лень драться с тобой, — сказал он, похрустывая морковью.

— Бархус так и сказал, что ты прикидываешься грозным, а сам лентяй, — хмыкнул я.

— Это всё поклёп. Если бы что важное было, то я бы в первых рядах сражаться стал. Но просто так? Не хочу.

— Ладно. Значит, это автоматическая победа. Увидимся на совете у короля.

— Не.

— Что значит нет? — возмутился я, — Мы договаривались? Договаривались. То, что ты сдался — не отменяет уговора.

— Да не, я не о том. Жену отправлю. Она щас в отбытии, но как вернётся, так и сразу.

— Ну и что, мне сидеть и ждать её, чтобы она подтвердила? — нахмурился я.

— Не. Идите куда хотели. Я слово дал — слово сдержу. От нас на совете поприсутствуют.

— Ох… Ладно. Надеюсь, что Роплап такой вариант примет.

— Пусть только попробует не принять. Коралиса его мордой стол сломает. Ей не лень, — ухмыльнулся он.