– Да кто бы говорил, любезный? – Несбывшийся похититель никак не ожидал, что дочь Джипси окажется настолько могущественной колдуньей. – «Осрасса» означает «Обласканная милостью богини вечной юности и грации Рассой». А вот ваше «Благородное фамилие» на всех языках континента Айфиан, где раскинулись наши королевства, означает только одно: «Мешок полуразложившегося коровьего навоза».

Брюнет невольно отпрянул, увидев рядом с прекрасной ведьмой со ставшими ледяными синими глазами ректора столичной академии дель Рэнса и три отряда городской стражи. Юнния, рассмеявшись хрустальным голосом, сорвала все защитные амулеты с шеи чужака и велела вытряхнуть его из куртки, сразу почуяв ауру серьёзной защиты.

– Вы посмели попытаться сломать жизни нам с подругами? – Юная герцогиня ослепительно улыбнулась. – Тогда королевские дознаватели идут к вам! Мы научим вас не побираться за пределами своих границ! – и она обидно щёлкнула родовитого неудачника по носу.

– Что вы себе позволяете, нахалка! Вы – всего лишь, бастард!

– Ошибаетесь. Я – официальная наследница моего отца. Ведь он так увлёкся гулянками, что одна из брошенных им девиц заплатила ведьме. Других потомков в его роду нет, – Юнния наслаждалась заслуженным триумфом, а я с грустью подумала, что даже она – более подходящая пара Гранату дель Рэнсу, чем я или Игора.

Мысленно прикрикнула на себя. Ещё только нюни распустить сейчас для полного счастья не хватало. Вскоре привезли двух похищенных адепток. Удивилась, что Глория дель Фифф с триумфом посмотрела на выкравшего её мужчину и проворковала:

– По законам Лиоссии аристократ, выкравший даму благородных кровей, обязан на ней жениться, – кошмар нашего курса плотоядно облизнул тонкие губы.

– Ещё чего! Я скорее женюсь на Лисичке! Она, может, не родовитая, но зато красивая, умная, талантливая и умеет вести хозяйство.

– Либо прямо сейчас мы приводим себя в порядок, и вы ведёте меня в храм Великой Матери! Либо на рассвете вы, мой дорогой, станете короче ровно на одну голову. Учтите, я могу и передумать! Подумаешь, принц крови! Скандал будет такой, что вашему брату придётся назвать меня своей королевой! – Бедняга весь скукожился, представив, что с ним будет, если эта драная кошка исполнит свою угрозу в отношении его родственника и сюзерена. Деваться ему было некуда. Все другие пути гарантированно вели на плаху.

– Госпожа, я слишком старый и некрасивый для такого сокровища.

– Ничего, я вышколю вас, можете быть уверены! – Мне даже стало жалко несчастного. После «дрессировки» даже те кавалеры, которые хотели повысить свой социальный статус или финансовое положение, порскали при виде Глории в разные стороны. Как поросята при виде мясницкого тесака в руках самого фермера.

Адептка дель Фифф желала «отомстить» всем тем, кто мог бы добиться её благосклонности, но не оценил жертвы со стороны такого сокровища, как высокородная и безумно богатая аристократка. На церемонии присутствовали все преподаватели и адепты академии. Даже слуг позвали на гротескное торжество. Было много родни с обеих сторон. Только герцог дель Кэрсс был мрачен, словно молился перед тем, как взойти на эшафот и попасть в ласковые руки королевского палача по обвинению в государственной измене.

Честно говоря, нам с Игорой и Юннией даже стало немного жалко бедолагу. Уж лучше плаха, чем такая «милая жёнушка». И ведь избавиться не получится никакими методами. Поганка была единственной наследницей своего отца. Поэтому должна была не только прожить долгую жизнь, но и оставить многочисленное потомство.

В отсутствие того, кому можно передать земли и богатства, вся эта роскошь уплывала в королевскую казну без права когда-либо вернуть утраченное. Даже если кто-то потом и сможет доказать, что и имеет на него право. Естественно, провернуть подобное дельце ещё никому не удавалось.

Нам было безумно смешно смотреть на надутую точно болотная жаба Глорию. Спора нет, платье, украшения и карета были выше всяких похвал. Только даже всем искусницам столицы не удалось сделать с волосами и лицом новобрачной хоть что-то, чтобы она выглядела хоть чуточку прекраснее и ярче, чем обычно.

Вздрогнула, когда над самым ухом раздался любимый голос ректора дель Рэнса:

– Какое счастье, адептка Коринн, что этому ухарю не удалось выкрасть вас, Игору и Юннию.

– Да, нас бы заставили вкалывать с минимальными перерывами на еду, сон и отдых, только чтобы не сдохли слишком быстро. А на месте Глории сейчас была бы Юнния.

– Скорее всего, так. Или Юнния стала бы королевой Лиоссии, а он бы женился на вас. Ваш редкий дар делает вас выгодной партией даже для высшего аристократа или короля, – видимо, моё искреннее изумление изрядно повеселило некроманта. – Правда, ему бы не удалось вывезти вас за пределы королевства. Вы включены в список особо ценных носителей колдовских, магических и целительских способностей. Спрятать, чтобы не нашли, тоже не вышло бы, – и я увидела, что ректор хитро так посмотрел на меня. Его чуть насмешливый взгляд был направлен на амулет, который он сам мне и подарил.