– Что такое? – встрепенулся Фьёр.

– Похоже, что-то стряслось.

При мысли, что могли напасть орденцы или, что еще хуже, освободилась и сбежала Лиила, сделалось нехорошо. Я отбросила одеяло и поспешила к двери.

– Стася, постой! Там кто-то еще, не только служанка.

Я отдернула пальцы от ручки двери, которая едва не щелкнула, чтобы снять блокировку замка. Вовремя Фьёр предупредил!

– Может, охрану вызвали? – предположила я.

– Лэйда Стасианна! – нервно позвала служанка.

– Кто с вами? – спросила я, на всякий случай готовясь защищаться, а потом и атаковать, если понадобится. В моих руках зажегся пока еще безобидный огонек света, но я быстро смогу превратить его в нечто боевое.

Не успела. Дверь сорвало с петель так неожиданно, что она ударила меня по рукам. Сломала или нет – не знаю.

Фьёр закричал. А меня накрыло темнотой, причем, кажется, не окружающей, и не из-за того, что дверью приложило. Я ощутила магию, но была уже слишком слаба, чтобы что-то предпринять.

Очнулась связанная. В мыслях было на удивление пусто, хотя я точно помню, как верещал Фьёр, когда я проваливалась во тьму.

Точно! Происшествие во дворце, подозрительная служанка и сорванная с петель дверь. А потом меня приложило магией. Да и сейчас связывает именно магия – руки и ноги обвивают крепкие путы тьмы. Но я могу сесть и делаю это. Тело слушается плохо, его неприятно ломит, видимо, от удара о дверь и последующей встречи с полом. А дверь, получается, рухнула прямо на меня?

Голова соображала с трудом. Но, краем глаза осмотревшись, я все-таки пришла в себя и начала паниковать.

Я, связанная по рукам и ногам, сидела на холодном полу. Хорошо хоть не обледенела, а то вон, на каменном полу и кристаллики льда вижу – могла бы окоченеть до смерти, если бы не была инициированным фениксом.

Каменный зал, высокие потолки. Темнота, освещенная почему-то свечами и факелами, а не магией. Сквозь высокие, стрельчатые окна в зал вливался лунный свет.

– Очнулась. Прекрасно, – раздался откуда-то сбоку незнакомый мужской голос. Я повернулась на звук и вздрогнула.

Когда глаза привыкли к полумраку, я рассмотрела и фениксов, и Фьёра, лежащего на полу возле меня. Только почему-то он не шевелился, и мыслей от него не доносилось. Но, прислушавшись к себе, поняла: Фьёр спит. Скорее всего, усыпили магией. Еще и путами тьмы для надежности оплели, как меня.

– Итак, Алоэна, ты наконец-то в моих руках.

Из темноты под свет факелов выступил мужчина. Темный феникс, облаченный в дорогой, роскошный камзол по моде его же собратьев. На пальце сверкнуло кольцо. Короткая вспышка подсказала, что в оправе серый камень. Серый камень – серый орден! Кто-то из самой верхушки, потому что остальные орденцы носят иные цвета, не серые.

Вслед за мужчиной вышла Лиила.

– Ну здравствуй, сестренка. Ты не смогла организовать мне прогулку, но моя настоящая семья не подвела.

А вот это паршивенько. Все-таки освободили свою приспешницу! Или она сама сбежала и провернула нападение на меня?

– Итак, дорогая моя, – заговорил феникс. – У меня большие планы на сегодняшнюю ночь. И я хочу, чтобы ты меня слушалась. А чтобы у тебя не возникало ни единой мысли ни о сопротивлении, ни о неповиновении…

Внезапно он обернулся наполовину и вывел из-за спины связанную Алаану. Девочка смотрела на меня широко раскрытыми, заплаканными глазами.

– И, наконец… чтобы не возникло сомнений в серьезности моих намерений…

Внезапно он вытащил из-за пояса кинжал. Я вскрикнула, пытаясь вскочить и вместе с тем избавиться от пут. Ужас был настолько силен, что мне каким-то чудом удалось справиться с магическими нитями при помощи света. Но больше я ничего не успела предпринять. Кинжал вонзился в живот Лииле.

Довольная улыбка исчезла с ее губ. На лице отразилось изумление. Захрипев, Лиила схватилась за рукоятку и упала на колени. С губ на пол закапала кровь.

Алаана испуганно пискнула и тут же замолчала с раскрытым ртом, боясь привлечь к себе внимание.

– Не с места! Иначе то же самое сделаю со второй сестренкой, – предупредил феникс. Он сжимал плечо Алааны, но это было излишне. Страх парализовал девочку, да и магические путы крепко держали.

Я замерла, остановившись на полпути к ним.

– Что-то мне подсказывает, малявку тебе будет жальче. И если ты не хочешь, чтобы она повторила судьбу Лиилы – будь послушной девочкой.

Сердце стучало, как сумасшедшее. В глазах темнело от страха за Алаану, во рту разливался привкус горечи. Кровь пульсировала в висках.