Отношения не должны превращаться в неизбежность. Это возможность выбирать друг друга заново каждый день. Или не выбирать, если вдруг осознаешь, что дальше не по пути.

– Я понимаю, что империя важна. Империя важнее чувств двух людей. Но для меня допустимы только те отношения, где оба, и мужчина, и женщина, вместе не только в спальне, не только в личных покоях, когда никто не видит, но и на публике. Всегда. На публике – даже важнее. Всегда поддерживать друг друга, уважать, всегда быть на стороне своего партнера. Именно так я вижу отношения. И ты можешь, Эроан, решить, насколько это подходит тебе. Не нужно цепляться за меня и жертвовать тем, что слишком важно для тебя.

Пока я говорила, Эроан потрясенно смотрел на меня. Так, как будто перед ним открывался целый мир, до сих пор неизведанный.

– Это не важнее, – он качнул головой. – Ты важнее, чем какие-то игры.

– А потом ты опять испугаешься, что я пододвинула важность империи в твоей жизни?

– Может быть. Но я попытаюсь с этим ужиться и решить внутри себя этот конфликт. Я точно уверен, что не откажусь от тебя. Я люблю тебя, Стася. Я хочу прожить эту жизнь вместе с тобой. Обещаю, что больше подобные игры не повторятся. А если когда-нибудь еще нам будет важно действовать сообща и проворачивать какую-нибудь авантюру, мы будем действовать как единое целое. Как муж и жена, которые не променяют друг друга ни на кого. Веришь?

– Верю, – я вздохнула и прижалась к Эроану, прикрывая глаза от усталости.

Он с готовностью сцепил руки в замок у меня на пояснице.

– Признаюсь… мне и самому все это не понравилось. Когда увидел, что Граил целует тебя, я пришел в бешенство.

– В бешенство, но не абсолютное. Вспомни. Ты и тогда себя контролировал, несмотря на эмоции. Ты мог бы переместиться к нам сию же секунду при помощи собственной магии тьмы. Но ты не забыл, как важно сохранить свои возможности в секрете. Пусть позвать Даррэна и потребовать, чтобы он тебя переместил, не заняло много времени. Но ты продолжал действовать осознанно.

Я ощутила, как Эроан напрягся.

– Это очередное предательство по отношению к тебе? То, что я всегда остаюсь осознанным императором, даже когда в бешенстве?

С очередным вздохом я приподняла голову с груди Эроана и заглянула ему в глаза.

– Нет. Это твоя суть. Ты император – и этим все сказано. Это часть тебя, которую я принимаю. Я люблю тебя таким, какой ты есть. Я и полюбила сурового, всегда разумного императора. Но все это я сейчас говорю, чтобы помочь тебе примириться с упомянутым недавно внутренним конфликтом. Ты не сможешь задвинуть империю куда-нибудь на задворки своих приоритетов, этого можно не опасаться.

– Хитрюга, – усмехнулся Эроан, поцеловав меня в нос.

– А теперь можно уже спать? Я дико устала.

– Все, что пожелаешь.

Эту ночь мы провели вместе в одних покоях. Физической близости не было, зато была близость душевная – это сейчас намного важнее, чтобы восстановить то, что едва не разрушили неосторожными действиями.

Поняв, что гроза миновала, Фьёр тихонько забрался к нам в постель.

– У тебя нет сегодня дел? – спросила я, встретившись с утра глазами с Эроаном и сообразив, что он никуда не спешит. И даже еще не одет. А ведь я проспала почти до полудня! Хм… наставники, наверное, меня потеряли. – Я полагала, что Тшаарх с раннего утра попытается с тобой связаться, чтобы уладить конфликт.

В том, что темнейший будет именно улаживать конфликт, а не выдавать претензии за то, что Эроан пустил Граилу кровь, я не сомневалась.

– Все так, – заметил Эроан. – Тшаарх в нетерпении с раннего утра. Но подождет, ничего с ним не сделается. А пока ты принимаешь ванну, я позабочусь о нашем завтраке. Хочу провести это утро с тобой.

Или полдень… Но оттого звучит еще приятнее!

Я не стала зазывать Эроана вместе с собой. Мне на самом деле хотелось побыть наедине и уложить в голове все произошедшее. Расслабиться, разобраться в чувствах. И перешагнуть пережитую боль, чтобы идти дальше. Вместе с Эроаном.

Да, я знала, что просто не будет. С самого начала передо мной предстала непростая задача – сблизиться с тем, кто менял женщин как перчатки и даже не помышлял о серьезных отношениях. Сначала это было нужно, чтобы тянуть время в глазах ордена. Потом стало важно лично для меня. Но прошлое Эроана неразрывно связано с им самим, с его характером, его установками и жизненными принципами. Эроан сам создал свое прошлое и теперь создает настоящее. Да, он меняется ради меня, видя, как еще может быть, но Эроан остается Эроаном. Он не может строить свое настоящее кардинально иным образом. А что касается будущего… здесь вариантов больше и зависит уже от того, насколько Эроан захочет впустить в свою жизнь новые, непривычные сценарии, насколько они совместимы с внутренними ощущениями.

Я, конечно, тоже не эталон идеальной жены и могу совершать ошибки. И Эроан будет их совершать – это неизбежно. Главное, чтобы у нас обоих хватало сил справляться, исправлять и идти дальше рука об руку. Где-то сглаживать, а где-то принимать друг друга такими, какие есть. Отказываться от себя, от своей сути ради отношений, что-то ломать, чем-то жертвовать – это неправильно и никогда ни к чему хорошему не приводит. Но можно говорить, слушать друг друга и договариваться в важных моментах, в чем-то идти на уступки, когда это не противоречит твоим ценностям.