В пути получил письмо от старого друга, который помог с поиском ингредиентов и проклятых металлов для приготовления яда. Он сообщил, что нашел способ нанести дракону рану, причем удар будет нанесен изнутри, где нет прочной шкуры. План постепенно исполняется, и это не может не радовать.

Таким образом скоро я оказываюсь на границе, где раньше был лес, а теперь буквально пустыня. Клоака больше не может изрыгать огонь, но вместо этого её часто тошнит желудочным соком, что подобно великим кислотам растворяет всё вокруг. И в случае этого монстра изрыгание сока может напоминать небольшое наводнение.

— Рад тебя видеть, Амодей, — произносит мой старый друг по учебе в столице. — Как прошла поездка?

— Привет, Крец. Всё нормально, наше последнее оружие доставлено в целости, — я хлопаю по футляру, в котором меж мягких подушек покоится флакон.

Крец ныне занимает пост одного из верховных судей, поэтому носит темно-красные одеяния, что символизируют работу с чернотой людских помыслов, а красный цвет — это кровь в качестве наказания за нарушение грехов. И выглядит старый друг таким же уставшим, как и я, ведь у него тоже много работы, которую он не может спихнуть на других.

— Рад слышать. Ты прибыл вовремя, разведчики докладывают, что Клоака зашевелилась и скоро вновь может отправиться на поиски пропитания.

— Отлично. Но что за способ ты придумал для нанесения раны? Это должен был гарантированный способ, ведь второй попытки не будет.

— Не переживай, всё предусмотрено. Если не хочешь отдохнуть после дороги, то идем за мной.

— Какой отдых? Я просто не усижу на месте, — уверен, что моя улыбка выглядит уставшей, но разум действительно не найдет покоя.

Вместе мы отправляемся в лагерь королевских войск, которые призваны сдержать драконицу, если она попробует пройти вглубь страны. Вот только мечи, копья и стрелы бесполезны, как и великая магия. Собранное ополчение сгодится только на закуску монстру, и по атмосфере в лагере легко догадаться о тяжести дум солдат.

Крец подводит к огороженному участку, где между шатров расположен узник в кандалах. Тяжелые цепи свисают с голого мускулистого тела и оканчиваются на вкопанных в землю столбах. Взгляд узника абсолютно пуст, но я больше обращаю внимание на цепочки рун, которые подобно вторым цепям обвивают всё тело: от головы до пят. Это отличительный признак Духовных Клинков из Аматии.

— Это подсудимый? — спрашиваю я.

— Уже осужденный за преступление. Его ждет смертная казнь, но она будет исполнена необычным путем. Мы околдовали его разум, стерли почти всю память и оставили всего одну установку: нанести самый мощный удар и вылить яд в рану, как только этот человек окажется проглоченным Клоакой.

Я могу оценить задумку как оригинальную, ведь приговоренный однозначно не выживет. Но члены Духовных Клинков являются одними из лучших воинов, которые могут вытворять удивительные вещи своими мечами. Этот человек в глотке Клоаки действительно сможет поразить драконицу ядом, а потом все равно окажется в желудке, где и будет исполнена казнь. А околдованный разум не позволит ослушаться приказа.

— Тогда как насчет того, чтобы не ждать нападения Клоаки, а самим нанести удар? — предлагаю я. Ждать прихода драконицы можно целую неделю, а то и больше.

— А ты сильно уверен в силе своего яда?

— Абсолютно уверен! Ошибки быть не может.

— И как быстро Клоака сдохнет?

Тут я не могу сказать точно. Может занять час, день или агония растянется на месяц. Крец верно понимает причину моего молчания и пожимает плечами.

— Сколько бы времени это ни заняло, чем быстрее начнем, тем быстрее всё закончится. Ты же имеешь тут определенную власть и влияние? Так помоги закончить всё как можно скорее. От этого выиграют все.

— Хорошо, я попробую.

И Крец действительно помог, хотя на это ушел целый день. Принято не провоцировать драконицу лишний раз, но нужные слова, аргументы и люди найдены, поэтому рано утром я отдаю флакон, который будет доставлен к месту появления Клоаки. При этом понимаю, что хочу присутствовать, чтобы хотя бы издалека увидеть смерть монстра.

Вместе с Крецем мы отправляемся к месту, куда выманили чудовище. Это первый раз, когда я лично вижу Клоаку, и от увиденного дух захватывает. Такая туша больше не может летать, ни какие крылья не поднимут в небеса, поэтому драконица научилась рыть подземные ходы, в которых проводит большую часть времени, переваривая всё проглоченное. Сейчас впереди в земле появляется яма, куда оседают пласты земли и исчезают в гигантской пасти, которой плевать, что именно глотать.

Конь подо мной сильно нервничает и пытается сбежать, а до носа доходит вонь из ямы, откуда поднимается Клоака, закрывшая пасть. Она медленно выползает, уже напоминая большой холм по сравнению с людьми. Пускай шкура гниет, прочность в ней все равно невероятная. А вот лапы и туловище в куда более плачевном состоянии: всё раздутое и малоподвижное. Это совсем не похоже на стройную драконицу, что сто лет назад рассекала небеса вместе с ветрами и тучами.

Прямо перед Клоакой вдруг открываются портальные врата, из которых сыпятся коровы, которых было решено пожертвовать для нанесения удара. Чудовищная пасть неожиданно резво открывается до таких размеров, и все падающие животные окажутся в ней, но там же находится один человек, который должен нанести удар.