– Чем хуже? – тут же заинтересованным голосом спросил Рабош, подыграв мне.

– Тем, что последняя такая крупная война была полсотни лет назад. И как вы думаете, что это означает?

– Что новая большая война близко? – спросил Воган, наконец серьезно заинтересовавшись.

– У историков много теорий о войнах. Мне больше всего нравится одна из них. Ее суть в том, что войны – неизбежная часть человеческой природы. Между королевствами в мирное время накапливаются противоречия, которые разрешаются в ходе войн. И чем дольше не было серьезной войны, которая поможет найти выход для всех противоречий, тем более жестокой и свирепой может оказаться новая война. Этому способствует еще один фактор – чем дольше не было большой войны, тем меньше людей серьезно относится к военным действиям. Нужно воевать? Нет проблем, будем воевать!

А ведь сразу после крупной войны никто не хочет воевать. Все зализывают раны и приходят в себя. Хоронят павших, отстраивают разрушенные города и деревни. Но чем дальше, тем больше забываются все тяготы и лишения, связанные с войной, тем легче ее развязать. Так что у меня для вас плохие новости – война будет скоро, и это будет очень свирепая, кровавая война, отвертеться от участия в которой никому не удастся!

– Ух! – обрадованно сказал Деклет, выходец с Крайнего Юга. – Значит, у меня будет шанс показать себя в бою и сделать военную карьеру, как подобает настоящему воину, на поле боя!

– Поверь мне, он у тебя будет! – кивнул я. – А теперь давайте представим несколько ситуаций. Один из вас – допустим, Воган – будет в роли мага, растратившего всю ману на поле боя. Вы не поверите, насколько быстро можно ее спустить, когда куча народа вокруг жаждет вас убить. Конечно, вас обучат, как использовать прану, преобразовывая ее в ману, но и этот резерв невелик. Предположим, Воган использовал уже две трети и понимает, что очередная попытка залезть в прану может стать для него смертельной. Сражается обычным оружием, меч застрял в ребрах одного из противников, вытащить не получилось. Что так кривимся – обычная ситуация на поле боя. Удалось выхватить копье из рук убитого врага, и тут появляюсь я, обычный солдат без магии и без оружия.

Я наклонился, поднял с плаца копье, лежавшее под ногами, и сунул его в руки удивившегося Вогана.

– Ну вот, у тебя копье, у меня ничего нет. Убей меня!

Воган посмотрел на наконечник копья и даже потрогал его пальцем.

– Ты что, сдурел? – спросил он меня. – Это же хорошее копье. Я тебя им заколю насмерть!

– Беру всю ответственность на себя! – сказал я.

– Да зачем оно мне надо, даже с твоего согласия тебя закалывать? – воспротивился Воган. – Проверять, отчислят или нет, если ты сам был не против своей смерти?

– Да возьми его просто наконечником к себе и имитируй удар тупым концом! – посоветовал Рабош.

– Ну, разве что так! – наконец согласился Воган.

Он перевернул копье в руках, и я немедленно прыгнул на него. Воган инстинктивно ткнул копьем мне в голову, я нагнулся, пропуская удар над головой, и нанес удар ногой снизу в открывшуюся челюсть. Такой силы, что тело противника приподнялось в воздухе, прежде чем рухнуть на спину. А вылетевшее из рук копье упало на площадку. Чистый нокаут. Как же хорошо больше не быть хромым!

Я специально выпросил у Джамира старшекурсницу с лечебного факультета на время занятий. Она тут же подбежала и начала хлопотать над упавшим. Пара минут – и он вернулся в строй.

– Итог – грозный маг повержен безоружным воином, – констатировал я. – Сказать, что будет с тобой дальше на поле боя, Воган, когда ты вот так рухнешь? Парень, что уронил тебя, схватит твое копье и выпустит тебе им кишки.

– А можно мне попробовать? – спросил Деклет.

Я этого и ждал. Он пальцы в кулаки сжал аж до белизны – так ему хотелось взять в руки копье. Это для Вогана оно как метла, а на Крайнем Юге копьем владеть обучают серьезно, для Деклета оно как третья рука. Будет непросто.

– Конечно, давай! – согласился я.

Да, это было непросто! Никакой тебе грации только что ожившей мумии, которую перед этим продемонстрировал Воган. Копье в руках Деклета словно жило своей жизнью, пытаясь ужалить меня сразу в нескольких местах. Первоначально сложилась патовая ситуация – он не мог ранить меня, я не мог проскочить мимо наконечника копья, чтобы атаковать его.

Но все же я изучил основные схемы его атак и приноровился к ним. После чего улучил момент, просочился мимо наконечника копья и, скользя левой рукой по древку, чтобы он не мог отдернуть его и отступить, распластался в стремительном ударе кулаком правой руки. Деклета, в принципе, неплохого кулачного бойца, подвели стереотипы – он не смог, как и Воган чуть ранее, перестроиться на ходу от копейного боя к кулачному – продолжал попытки работать наконечником копья, хотя стало уже поздно. По уму ему надо было бросить копье и поставить блок рукой, но он не успел это сообразить. В итоге такая же концовка боя – нокаутом.

– Еще желающие есть? – спросил я студентов.

Лучшим копейщиком из собравшихся был Деклет, а остальные на фоне только что продемонстрированного им мастерства иллюзий по поводу своих умений в этой области не имели. Так что никто не захотел.

– Отлично, поменяем оружие. Есть ли желающие напасть на меня с мечом? – спросил я. – Если опасаетесь меня поранить, то можем начать с учебным мечом, а потом, когда опасения исчезнут, перейти к настоящему.

– Ладно, мы поняли, на что ты намекаешь, – сказал Рабош, – ты же и тут всех уделаешь, верно? Тогда какой смысл?