И может в этом и крылась причина того, как просто он расторг сотрудничество с воронами.

Так что, я пообещал себе попозже Чёрного подробно о тех годах расспросить, а пока что решил закругляться. И хоть Медвян отличным оказался слушателем, когда я рассказывал о ситуации с шерифами, где меня опасным типом посчитали, подхихикивать он начал знатно. А уж когда дошёл до решения их, ликвидаторов, символом прикрыться для усмирения толпы, тогда он и вовсе заржал оглушительно.

— ПХАХХАХАХАА! А ведь ты похож! ОХ-ХО-ХО-ХОО! Вот жеж они обделались наверное, — у него аж слёзы из глаз брызнули, в рыжие усы стекая и, если бы я знал его реакцию, то порадовал бы Медвяна рассказом раньше. — ФУУХ-ЮХ-ЮХ… А впрочем знаешь что? Сейчас я кое-что тебе сподоблю.

Вновь покопавшись в армейском боксе, он выудил со дна жетон на цепочке и мне протянул.

— Вот, держи. Как говорится, от лица оставшихся на службе ликвидаторов. Раз перед лицом смерти показал себя достойно, значит имеешь право принять. — чёрный символ с крылатым черепом в окружении венка блестел на солнце и мне потребовалось время, чтобы сформировать непростое решение.

В конце концов я взял подарок, хоть и с тяжестью на сердце.

— А если меня кто-то из ваших встретит, не прижмёт? — на всякий случай озвучил причину моих сомнений, надевая цепочку на шею, и Медвян меня успокоил.

— Да ты не бойся. Во время той Уральской Эпидемии три легиона на защиту кинули и без вести пропавших до сих пор время от времени находят. Кого в своём уме, кого нет, кого-то даже в ином теле, так что вопросов не возникнет. И раз ты после встречи с ликвидатором выжил, значит знак носить достоин. Да и к тому же… — он обвёл пальцем пространство вокруг, где сквозь лесок да поле виднелась стена барьера и вразумительным тоном сообщил. — Смешной ты всё таки, Семён. Ты вот сам подумай, где находишься и какую работу выполняешь. И тут уж не важно, по воле своей или как ещё.

По лбу своему пальцем постучав он меня прям на смех вызвал.

— Ахах. А ведь твоя правда. Ну что же, благодарю за признание.

— Да носи на здоровье. Может выручит тебя однажды. И да, пока тема горяча, напомни, что по способностям у тебя? Ты вроде как упоминал, что и лечить умеешь, и другими силами владеешь, даже имеешь уникальный навык Заклинателя. Подскажи, о чём он, уж очень интересно.

И как-то столь подозрительно наигранно с его стороны это прозвучало, что я даже немного насторожился. Но всё же рассказал про все те разы, когда и как способности использовал и даже показал Яблоко Основ, на которое Медвян лишь вскользь посмотрел, покивал и улыбнулся. В процессе он уточнял, предполагал, расспрашивал, и после череды вопросов я всё же осознал, в чём именно его задумка.

Всё это время нас внимательнейшим образом слушали волчицы!

И пусть в разговор человеческий они не особо могли, но вот речь понимать им удавалось прекрасно. В какой-то момент одна из волчиц с сероватым подшёрстком к нам повернулась и начала внимание привлекать. Сперва тихонько скулила, а после всё отчётливее и отчётливее и когда мы с Медвяном к ней повернулись, она прохрипела.

— «Прррхврргхрте…» — фразу разобрать оказалось не просто, да только чёрная волчица напротив висевшая, видимо всё прекрасного поняла, ибо тут же яростно оскалилась на свою подругу.

— По слогам скажи. Будь добра. — попросил её Медвян и волчица вновь попыталась.

— «Пхро-вхро-грите…» — выдала она сквозь путы и, секунду подумав, всё же добавила. — «…пхрожхрарурста.»

— Ну вот другое дело! — засиял рыжеволосый какой-то нездоровой улыбкой, вставая и от налетевшей от костра золы отряхиваясь. — Наконец-то культурная просьба. Учись у подруги своей, Чернушка! А теперь, раз коммуникация удалась, мы вас слушаем.

И под гневный вой и рычание своей лидерши, сперва одна, потом другая, а следом и третья начали наперебой хрипеть и тявкать, стараясь слова необходимые выдавить. Из того сумбура, что они нам выдали, особенно часто повторялись слова «Беда», «Большая мама», «Большой камень» и «Спасать». Уловив общую суть, я у них спросил.

— Большую волчицу камнем прижало что-ли? — и судя по тому, как они хвостами завиляли и затявкали радостно, я попал в самую точку. — Вот жеж не повезло. Она ещё жива-то хоть?

В ответ мне заскулили что-то похожее на «Очень плохо» и «Лечим-кормим».

— Поэтому вы такие худющие? Всё ей отдаёте? — спросил Медвян и самки хвосты поджали. — Ой дурочки. Вот вам урок на будущее. Словом можно сделать больше, чем делом.

Взяв рядом с боксом канистру, он затушил костёр и сквозь дым я разглядел, как он мне с благодарностью подмигивает. По дедовски так. Даже, наверное, по стариковски. Это он конечно хитро через меня их на разговор вывел. Тут уж ничего не сказать.

— Ну что, Семён. Что порешаем? — спросил он чисто проформы ради, но три пары волчих глаз на меня с надеждой уставились.

— А что тут решать. Пойдём выручим, если только дурить не будут. — ответил ему, улыбку в бороде пряча.

Волчицы клятвенно нас заверяли, что, мол, они хорошие, они согласны и кусать не будут. Только чёрная всё никак не хотела принимать нашу помощь, требуя отпустить и рыча о том, что они и сами справятся. За такое Медвян её только потуже связал, а остальных принялся развязывать. Причём крайне споро.