Случилось неимоверное! Вражеские танки необычной конфигурации, с длинными орудийными стволами открыли огонь с большого расстояния и за каких то двадцать минут подбили тринадцать «тридцатьчетверок». Это означало, что новые машины гитлеровцев вооружены мощными орудиями. Советские танки никогда с такой большой дистанции не стреляли — снаряды не достигали цели, а если и достигали, поразить ее не могли.

Командование забеспокоилось. Немецкие «тигры» на фронте уже встречались под Сталинградом, в группировке генерал-фельдмаршала Манштейна «Дон». Но такого зверя танкисты еще не видели.

Майборский дал приказ Тернистому, чтобы он с тремя машинами подкрался как можно ближе к новым танкам врага и испытал мощь их лобовой брони.

Три «Т-34» направились к железнодорожной насыпи, где находились позиции немцев. Метров за триста от нее остановились. Тернистый подал команду: «Бронебойным! Заряжай!»

Сделали один за другим четыре выстрела. Все снаряды попали в цель. И никаких результатов. С брони «королевского тигра» летели лишь искры. Снаряды не могли ее пробить.

Снова прямое попадание. И опять одни лишь искры.

Неслыханно! Такого еще не бывало!

Тернистый приказал механику-водителю подойти еще поближе к вражескому танку. Ему не верилось, что бронебойные снаряды не пробьют немецкую броню.

Выстрел…

Еще один…

И опять лишь снопы искр высекались с лобовой брони и с башни.

Если бы Гнат бил по гусенице, то «королевский тигр» уже давно вертелся бы как юла. Но гусеницу можно перебить и взрывом связки гранат, разорвать бронебойной пулей из ПТР. Перебить гусеницу — это еще не все. Танк и с перебитой гусеницей, как и зверь с раненой лапой, может огрызаться. За броней — экипаж, орудие, один или два пулемета.

Нет, гусеница не беспокоила Тернистого. Ему приказали проверить крепость стали фашистского танка. И он должен был это сделать, рискуя машиной и собственной жизнью. Он должен был во что бы то ни стало выполнить приказ. От этого во многом зависели будущие бои с «королевскими тиграми».

Гнат снова припал к прицелу. Неужели он так и не продырявит броню, не подожжет эту стальную громадину?

Выстрел.

И опять безрезультатно.

Тернистый чуть не заплакал от обиды. Да, «тридцатьчетверка» с такой пушкой бессильна против нового танка гитлеровцев. Вести дальше неравный бой было бессмысленно. Фашисты уже пришли в себя. Сейчас дадут залп, и от «тридцатьчетверки» останется лишь обгоревший остов.

Тернистый наклонил пониже ствол орудия и послал бронебойный снаряд в гусеницу танка. Увидев, что гусеница «расстегнулась», подал команду: «Отходим!..»

Ночью танкисты, посланные Майборским, захватили «королевского тигра», который стоял возле дома стрелочника с отремонтированным уже двигателем, и он был отправлен в Москву…

А уже в июле расхваленные известным танковым стратегом Гудерианом «королевские тигры» в битве на Курской дуге пылали как факелы. И случилось это потому, что «тридцатьчетверки» и «КВ» перевооружили, удвоив мощность орудий. Появились и самоходные артиллерийские установки, одна из которых — «зверобой» имеет гаубицу 152-миллиметрового калибра.

Так что испытание брони «королевских тигров» Гнатом Тернистым возле станции Томаривка было не напрасным.

Гнат верил в выбранную позицию, в согласованную работу экипажа. Спокоен был и за молодого радиста-пулеметчика Панина: он теперь знает, почем фунт лиха.

Гнат не отрывал глаз от прицела.

— «Тигр», а неповоротливый, — сказал Панин, следя за вражеским танком сквозь пулеметную амбразуру.

— Да, — махнул рукой Сидоров, — против наших танков «тигры» — слабаки!

Это было сказано скорее для самоуспокоения. Немецкие танки — грозное оружие. Они были мощными, радиофицированными, имели приборы для ориентации ночью.

Тупорылый, приземистый «королевский тигр» выполз из-за деревьев и стал водить по сторонам орудийным стволом. Но он был уже на прицеле у Тернистого. Гнат целился в борт. Можно было ударить и под башню или прямо в нее. Снаряд пробьет немецкую броню. Но бить в борт все-таки надежнее.

— Бронебойный! Заряжай!

— Готово! — доложил Нечитайло.

Тернистый нажал на спуск.

— Есть! — обрадованно крикнул Панин. — Угодили прямо в борт!

Тут же загремели выстрелы с танков «За Родину!» и «Славный».

Они подбили две «пантеры». По борту одной заструился дымок, потом показались языки пламени. И вот уже черный столб заклубился в небо.

Еще одна «пантера» вертелась на месте с перебитой гусеницей.

Третью «пантеру» танки, словно клещами, взяли в перекрестный огонь, и она раскололась, как огромный орех.

Только теперь фашистские танкисты поняли, откуда летит к ним смерть. Они стали маневрировать. Танки, стреляя с ходу, поползли на луг, на огороды. Один из «тигров» прицелился в копну, стоявшую неподалеку, разметал бронебойным снарядом сено.