– Мороженое?

– Да, давай, - она неловко смотрит на меня и прикусывает губу.

Достаю из морозилки десерт, хорошо, что все же съездил утром в магазин, иначе в доме было бы шаром покати. Себе я ничего не готовлю и ем только доставку.

– Вот, держи, - передаю ей в руки креманку.

– Спасибо, - Мирра осторожно ложечкой набирает мороженое и жмурится, перекатывая лакомство во рту, - очень вкусное.

– У нас, оказывается, есть местный поставщик, делает офигенное домашнее мороженое и продаёт рядом с супермаркетом, который в прошлом году выстроили в конце улицы.

– Хоть что-то изменилось, - усмехается Мирра, - а то пока я ехала, думала, что вернулась на десять лет назад. Все те же дома, газоны, соседи ходят, правда, многие уже с подросшими детьми. А у тебя детей нет?

– Нет, так и не обзавёлся.

– И у меня нет, - Мирра печально усмехается сама себе, - Знаешь, это очень странно, - она облизывает ложечку и смотрит на меня.

– Что именно?

– Я чувствую себя дома, - она обводит рукой гостиную, - все, как было, и даже Шебби тут, - она кивает на пса, который примостился в углу дивана и мирно дремлет.- Я думала все не так.

– А как?

– Думала, ты продал дом, женился на той женщине и забыл обо всем.

Отставляю свое мороженое на журнальный столик. Я к нему даже не притронулся, вообще ничего в горло не лезет.

– Я тебя искал, хотел поговорить, попытаться объяснить. Мне так хотелось, чтобы ты дала мне шанс.

– А я не хотела, чтобы у тебя этот шанс был. Прости, Егор, но мне казалось, ты не заслужил. Я и сейчас уверена, что поступила правильно и не жалею, - Мирра произносит это с вызовом.

– Заслужил, все, что случилось, все моя вина, - опускаю голову и зарываюсь в волосы руками.

– Почему? Я хочу, наконец, узнать, - она спрашивает тихо и так пристально смотрит, что все внутри замирает.

Нужно, наконец, сказать правду.

– Я был молодым и безмозглым, Мирра, - признаваться очень тяжело, а смотреть ей в глаза при этом еще сложнее. Отвожу взгляд, потому что выдержать все равно не получается. – Думал, деньги и успех делают счастливым, а то, что говорила ты, слушать не хотел, думал, дом и уют не для меня, - ты же меня помнишь. Дальше, выше, быстрее, богаче!
– В горле начинает першить, слова застревают в глотке, но все равно говорю, - она просто подвернулась, кивала всему, что я говорил, я и повёлся. А потом шантажировала все рассказать тебе, если брошу её. Но я все равно хотел порвать, понял, что люблю только тебя и что не хочу лишиться семьи. Попросил оставить меня в покое, она потребовала последнее свидание в отеле.

– Ясно, - Мирра пожала плечами, - а я все же думала, что по большой любви, хоть какое-то оправдание. А оказывается, из-за временной интрижки, - она откидывается на диван и смотрит так, что сгореть хочется.

– Прости, - выдавливаю из себя, знаю, что не достоин, и все равно прошу.

– Я давно забыла, первый год только было сложно. А потом новые отношения, свадьба. Все закрутилось и стало уже не до сожалений о прошлом.

– А я себя так и не простил. Наверное, это я так наказывал себя.

– Забудь и живи дальше. Мне кажется, нам обоим нужна была эта встреча, чтобы наконец высказать все, что на душе лежало мёртвым грузом и мешало жить. Теперь каждый сможет начать все сначала.

– Не смогу, - опускаю голову, - ты вернулась, и все вернулось вместе с тобой, все мои чувства.

Она лишь усмехнулась.

– Я больше не та, кого ты помнишь, - Мирра поднялась и отошла к камину, где прежде стояли наши общие фото, - жизнь потрепала меня, сделала циничной. Я больше ничего не чувствую, Егор. Может, поэтому со вторым мужем и не сложилось, он при разводе сказал, что со мной рядом всегда холодно, и он так больше не может, - Мирра открыла верхнюю полку в комоде и достала свадебное фото в рамке, которое я убрал, - я перебиваюсь случайными связями и никого близко не подпускаю. Вчера мне сделали предложение, но я не взяла кольцо.

Не могу больше удерживаться и подхожу к Мирре, обнимаю со спины и прижимаю к себе.

– Прости и за это, позволь мне все исправить, - зарываюсь в ее короткую светлую макушку и втягиваю любимый запах.

– Не хочу, Егор, - она сбрасывает мои ладони, - меня все устраивает. Никто и никогда не сделает мне больно, и это прекрасно, понимаешь?

– Да, - обхватываю ее лицо ладонями и тянусь к ней, - я понимаю тебя как никто.

– Не надо, - Мирра убирает мои руки и отходит в сторону.

– Хорошо, прости, давай выпьем ещё вина, у меня есть такое, как ты любишь, - быстро отправляюсь на кухню, чтобы выдохнуть.

У меня уже совсем едет крыша. Раньше все было по-другому, а сейчас мы оба другие, и притяжение между нами другое, острое и искрящее, животное. Мирра тоже это чувствует, я вижу. Но только игнорирует, выпускает коготки. Говорит, что забыла, но все равно злится и не доверяет. Я ее понимаю, но из рук не выпущу больше. Все сделаю, но Мирра со мной останется.

– Держи, - протягиваю ей бокал и присаживаюсь рядом.