— Зевс за молнии, да? Посейдон за воду? — улыбнулся Артем.

— Ну вот, а говорил, ничего не знаешь.

— Да про это каждый ребенок знает. Аид — подземный мир?

— Да, но у него много имен. И Хейдс и Гадес…

— Все это так сложно, что в голове не укладывается, — вздохнул Артем. — Ну а как вообще получилось, что вас запихнули в эти железяки? Вы же всемогущие, боги блин! Вам стихии подвластны. А тут явился какой-то перец и все, поминай богов как звали?

— Да не знаю я. — огрызнулась Мира. — Все, хватит. Надоело.

Она резко ускорилась, немного вырвавшись вперед.

Минуты две я молчал, затем окликнул ее и громко спросил то, что волновало меня больше всего.

— Ну а есть способ все вернуть обратно?

— Вернуть нас на Олимп? — уточнила та, даже остановилась на мгновение. — Может быть, но об этом, ни у меня, ни у всех с кем я встречалась, информации нет.

— А если разыскать того героя? — предположил парень. — Кстати, как его звали?

— Имени нигде не упоминается. Абсолютно ничего.

— Ну а те герои, что с ним поднимались на Олимп?

— А тут вообще все очень интересно получилось. Половина то ли погибла, то ли испарилась, а другая часть разбрелась по всей Греции. Да и это когда было, почти все наверняка уже дряхлые старики, если вообще не в могилах.

— Ну, хоть какие-то зацепки же есть? — не выдержал Артем, пнув попавшийся под ноги обломок обглоданной кем-то кости. — Должен же быть хоть какой-то способ?!

Хирон бросил быстрый взгляд на Фору, еще некоторое время собирался с мыслями, а затем спросил:

— Ты наверняка удивился, когда понял, что мы знакомы, так? И это правда — мы знакомы. Ранее, лет семь назад, мы вместе с ней искали других таких же как она инициированных автоматонов. Их ведь на самом деле много.

— И нашли?

— Вроде бы да, нашли. Но не инициированных. И не смогли до них добраться, — коротко ответила Мира.

— Почему?

Вопрос повис в воздух. Некоторое время Артем ждал, затем повторил свой вопрос.

Ответил на него Хирон.

— Большая часть автоматонов находиться в большой и наглухо замурованной пещере. Вход в пещеру охраняется древним мифическим существом. Думаю, его оставил тот, кто сверг богов.

— Кем именно охраняется?

— Ты серьезно хочешь это знать? — вмешалась Мира, приостановившись.

— А вы думаете, я просто ради любопытства интересуюсь?

— Ну и для чего?

— Ладно, так и быть, помогу вам! — заявил Артем, не став лишний раз разглагольствовать. — А потом вы поможете мне вернуться домой, ок?

Хирон едва заметно улыбнулся. Мира ничего не ответила, но парень почувствовал, что его ответ ей очень понравился.

А затем Артем, немного подумав, добавил следующее:

— Только я так думаю, что тот, кто охраняет пещеру, невероятно опасен, да?

— Очень. Но вряд ли бессмертен.

— Тогда так… Предлагаю, пока вопрос о моем возвращении домой отложить на неопределенное время. Монаха мы конечно найдем, но… Побродим по землям, набьем мне статы, может, даже реликвии отыщем. Ну и параллельно вплотную займемся изучением главной проблемы! Кстати, где эта пещера находится?

— Далеко на севере Греции. Туда недели две пути. За это время нужно во всем разобраться.

— Я все-таки не пойму, а почему вы не смогли разобраться во всем сами в прошлый раз?

Хирон вздохнул.

— Была еще одна война. Троянская. Может, слышал?

Да, кто ж про нее не слышал. Сколько фильмов про нее было снято, особенно запомнился один, с Бредовым Питтом, похожим на Ахиллеса.

— Слышал! — кивнул Артем. — Троянский конь, Одиссей, Агамемнон.

— Какой еще конь? — нахмурился Хирон.

Артем от пояснений отказался, сообразив, что раз мудрый кентавр про Троянского коня ничего не знает, значит, либо Троя не была захвачена Греками с его помощью, либо не была захвачена вообще. А следовательно, здесь ход истории шел немного иначе и отличался от общеизвестного.

— Так что?

— Что?

— Про коня что там?

— Ай, да не важно, — отмахнулся Артем, решив, что впредь нужно быть более осторожным. — Вернемся к вашему вопросу — что с войной?

— Ладно, — нехотя согласился кентавр. — Именно война и не дала нам закончить то, что мы с ней начали. Город, в котором мы застряли, был осажден. Я тогда вообще был уверен, что автоматон был уничтожен в процессе осады. Эта встреча для меня — большая неожиданность.

У Артема снова в голове появилось ощущение не реалистичности получаемой информации. Все это понять и разложить по полочкам было тяжело, ему даже не хотелось разбираться в сути. Чтобы было проще во всем ориентироваться, он поделил историю на отдельные временные промежутки: один период — война, другой период свержение богов. И в обоих — масса непонятного.