Замечаю, что его глаза вспыхивают.

Жадно. Хищно. Но в них все еще плещется ярость. Дикая злость.

Ноздри бешено раздуваются. Руки напряженно сжаты в кулак.

В какой-то миг он будто тянется ко мне. Но тут же возвращается в прежнюю позу.

– Становись на колени, Алмаз, – жестко приказывает безразличным тоном. – Сегодня я хочу, чтобы ты удовлетворила меня ртом.

Послушно опускаюсь на колени.

Дергаю молнию на его брюках.

Его член тут же вырывается на волю.

Он хочет меня. Хочет до одури!

Медленно облизываю разбухшую красную головку.

Поднимаю глаза на Дикаря, поглаживая его огромный напряженный член руками.

Он смотрит на меня жадно. Голодно. Челюсти сжаты до предела. Ноздри раздуваются, как у голоного хищника.

– Быстрее, Алмаз. Без прелюдий. Вот так.

Он жестко опускает ладонь на мой затылок. Подталкивает мою голову так, что его огромный член просто врывается в мой рот.

Я давлюсь. Губы растянуты так, что начинают болеть.

Но стараюсь не дергаться. Не вытянуть руки к его бедрам, чтобы оттолкнуть его.

Пытаюсь втянуть в себя. Посасывать.

Рот сам наполняется слюной, когда по всем рецепторам ударяет его резкий терпкий запах и вкус.

Слезы брызгают из глаз, когда Марат толкается слишком резко.

Успокаиваюсь. Понимаю, что ему нужно. Расслабляю горло, как только могу. Стараюсь дышать носом.

Марат не спешит набрасываться. Дает мне привыкнуть к его огромному члену у меня во рту. Достает только до самого горла.

А я продолжаю его втягивать изо всех сил.

– Твою мать!

Слышу, как Марат рычит сквозь сжатые зубы.

Обхватывает мой затылок еще сильнее. Начинает толкаться. Теперь уже в самое горло.

Жадно. С дикой силой. Пронзая меня насквозь.

Из горла вырываются хриплые звуки. Но теперь рвотного рефлекса нет.

Снова поднимаю на Марата глаза. Вижу, как он напряжен. И возбужден. До дикости!

Он пронзает меня черными полыхающими глазами. На его шее напряженно бьется жилка. Шея напряжена так, что все вены выступили, вздулись. Кожа покраснела.

Марат начинает толкаться в мое горло с новой силой. Таранит. Вышибается из меня дух!

Входит резко, вот теперь на максимум. На полную длину своего исполинского органа. И вдруг замирает.

Я ловлю передышку. Смахиваю ресницами выступившие слезы.

И тут же чувствую, как перекрывает дыхание. Его огромный член становится еще больше. Раздувается в моем горле.

Марат делает еще один толчок. Я почти впечатываюсь лицом в его мошонку.

И горячая струя спермы выстреливает мне прямо в горло.

Пытаюсь отшатнуться, но он не дает. Еще сильнее прижимает мой затылок. Ровно до тех пор, пока мощная струя не перестает биться прямо мне внутрь.

Наконец Марат отстраняется. Его все еще каменный член выходит из меня с пошлым влажным толчком. Ударяет по лицу, измазывая меня спермой.

Меня трясет. Руки и ноги тоже дрожат от бешенного напряжения.

А еще…

Еще я понимаю, что в тот момент, когда он вошел в меня на максимум… Я, кажется, кончила. Не так мощно по ощущением, как обычно с ним, но резкий спазм судорогой свел все внизу живота. Спазмы до сих пор накрывают меня, хоть и с меньшей силой. Между ногами так мокро, как будто Марат там забрызгал меня своей спермой!

Чувствую себя странно.

Марат наклоняется к моему лицу.

На миг в его глазах вспыхивает отголосок той самой былой нежности… Но лишь на миг.

Он молча проводит пальцами по моим губам, на которых осталось его семя.

– Мне пора, Алмаз, – равнодушно произносит, глядя на мои губы. – Вечером буду пораньше. Чтоб ты была готова.

Он поправляет все еще стоящий колом член. Заправляет в брюки.

И быстро выходит из лома, громко хлопнув дверью.

А я так и остаюсь на полу. На коленях. Меня все еще сотрясает дрожь.

* * *

Ладно. Первая попытка не удалась, – решаю, с трудом поднимаясь с пола.

Приходится придерживаться на край стола. Иначе свалюсь. Ноги подгибаются!

И все же…

Я улыбаюсь.

Ведь Марат мог и не приехать. А, значит, он думает обо мне! И хочет! Хочет быть со мной!

Та мимолетная нежность, которую я видела в его глазах, дает мне надежду! И многое значит!

К вечеру я готова.

Успеваю выспаться.

И приготовить новый ужин.

Решаю не создавать никакой романтический настрой. Хоть меня и тянет. Зажечь свечи, нарядиться для него.