Он был не трёзв, но и не настолько пьян, чтобы я всерьез забеспокоился. Когда все это началось? Когда мой отец из статного и решительного человека превратился в плаксивого и безвольного старика?

Я давно уже не верю, что именно трагедия с матерью превратила отца в сломленного человека. Все началось гораздо раньше, с того момента, когда начались проблемы с бизнесом и в итоге отец потерял компанию. Лишился всего в один миг, подмахнув по пьяной лавочке договор, который ему подсунул друг детства.

Забытое прошлое снова напомнило о себе, так было всегда, когда я собирался к отцу, а потом долго не мог успокоиться, видя, как он с каждым днём угасает.

– Пришел? А я только подумал, что мой сын долго не появлялся. Подумал, что ты решил бросить меня.

– С чего бы мне тебя бросать? – я поставил пакет с продуктами на пол у входа и обнял отца. Кажется, он похудел еще сильнее – под домашней хлопковой рубашкой явно прощупывались ребра. – Ты снова ничего не ел? Я ведь говорил тебе, что скоро начну приезжать и кормить тебя лично.

– Лучше бы подумал о том, чтобы обзавестись женой. Без детей в этом доме слишком пусто, время тянется, словно резиновое. Каждая минута – мучение.

Я прошел на кухню и стал молча вытаскивать продукты на застеленный бежевой клеенкой стол. Прошло два года, как матери не стало, а отец до сих пор отказывается делать ремонт, пытается сохранить вещи и каждую мелочь ради воспоминаний прошлого.

Возле микроволновки стояла почти полная бутылка коньяка, машинально, я закрутил пробку и убрал бутылку в холодильник. С другой стороны, я не могу осуждать отца. Столкнувшись с проблемами и потеряв все, что имел, он слишком быстро опустил руки, и сейчас цепляется за остатки реальности как утопающий за соломинку. Мой отец, которого когда-то считали акулой бизнеса, безжалостный и идущий напролом делец – больше не существует. Я почти смирился с этим, но глухая ярость клокочет внутри всякий раз, когда я вспоминаю, как его подставили.

– Я понимаю, о чем ты думаешь. Но, боюсь, уже не смогу стать прежним.

– Папа…я же сто раз говорил, что мне это неважно. Ты мой отец, это главное. Единственное, о чем прошу – не захламлять дом. И знаешь, что? Тебе давно пора съездить отдохнуть. Деньги есть, можешь себе позволить.

– Мне это неинтересно. А вот тебе не помешает развеяться. Я слышал, ты стал подрабатывать психологом?

Я ничего не ответил, но в очередной раз вспомнил про Нику. Она собирается в Сочи, что, если мы там случайно встретимся?

Я пил кофе в маленькой кофейне недалеко от рабочей компании драгоценного тестя – утреннее солнце слепило в глаза через панорамные окна так сильно, что я не мог прочитать ни одного сообщения в телефоне – бликами отсвечивал экран. Да и черт с ней и ее вечными проблемами! Впервые я не знал, что делать дальше.

Все, что делал до этого дня, как жил, чем дышал, все теперь кажется неправильным – да что говорить, все идет совсем не так, как я хотел! Интересно, когда все стало рушиться? Сразу после свадьбы или до? Моя жена теперь совсем не та милая девушка, какой была раньше.

Куда делась моя настоящая жизнь, где я жил так, как хотел, не отчитываясь за каждый сделанный шаг? Уже и не вспомнить момент, когда меня поглотило это чопорное семейство, и все полетело к чертям собачьим. Но…

Первым делом я отправил букет цветов в больницу Марго. Плевать, как она это воспримет, как извинение или как очередную попытку примирения – неважно. Уже сегодня она вернется домой, а ее папочка будет «кудахтать» перед ней и заваливать меня бесконечными нравоучениями и бестактными советами о том, как правильно ухаживать за его хрупкой дочуркой. Конечно же, только я виноват, что Марго стало плохо прямо на вечеринке. Интересно, откуда этот хрыч узнал про то, что я сижу по вечерам в барах? Но еще интереснее, откуда узнал про любовницу? Бывшую любовницу, конечно же.

Я не собирался заводить длительную интрижку с глупой куклой. Просто хотелось хоть как-то расслабиться, бесконечные упреки и нытье почти превратили меня в дерганого невротика, и Лиля стала для меня глотком свежего воздуха – веселая, беззаботная, притягательная. Она обожала меня за один только внешний вид, открыв рот, слушала любой бред, который приходил мне в голову. Жаль, что все так быстро закончилось, ведь теперь мне нужно думать о будущем ребенке. Думать о будущем нашей семьи, о том, чтобы Марго была счастлива. Но не я.

Еще несколько лет назад, я безумно любил ее зеленые глаза, и то, как она смотрит на меня с легкой «хитринкой», заводило с пол-оборота. Но сейчас…я снова вспомнил день, когда она сообщила о своей беременности. Голос Марго едва заметно подрагивал от волнения, щеки заливал красный румянец, когда она протянула тест, на котором ясно проступали две красные полоски.

Я, как и полагается, впал в благоговейный ступор. Изобразил изумление, применив все свои скудные актерские таланты. «О Боже, дорогая, это, правда, у нас будет ребенок?!», «Это так неожиданно, не могу в это поверить!»