В общежитие мы возвращались в молчании, каждая думая о своём. Я лично мысленно металась между «Хоть бы кроль оказался фикцией и желание не исполнил» и «Надеюсь, оно всё же исполнится и я, наконец, смогу отомстить проклятому ведьмоборцу за маму». О чём думали девчонки, не знаю, но, вернувшись в комнату, мы, так же продолжая угрюмо молчать, разделись и легли спать.

– Ну, как, нашли кролика? – сонно спросила Карида, разбуженная нашим копошением.

Мы делили на четверых комнату, рассчитанную на троих. Пришлось потесниться, но, сдружившись буквально с первого дня в академии, не пожелали разделяться. Эх, уже завтра в комнате станет посвободнее, но радости это не доставляло. Расставаться с Каридой никто из нас не хотел, даже она сама. Но сердцу не прикажешь, а ведьминскому так и подавно. Если ведьма полюбила – пиши пропало. Всё остальное отходит на второй план и важен становится только Он, избранный ведьминским сердцем. Вот и мы… отошли, всё понимая и радуясь за подругу, но расставаться всё равно не хотелось.

Конечно, пройдёт время и эта всепоглощающая необходимость всегда быть рядом с любимым ослабнет, вот с инициации и начнёт ослабевать, но пока Карида была вся в этих чувствах, порой забывая даже поесть и поспать. Вот и сейчас легко отказалась от сна, только в этот раз не из-за своего ненаглядного, а ради нас.

– Ну чего вы молчите? – села на кровати Карида. – Последнюю ночь же вместе.

– Ладно, - первой сдалась Медина. – Нашли мы кроля. И я тебе сейчас такое расскажу…

Похоже, поспать этой ночью нам не судьба, и утром опять все будем вялые, с синяками под глазами от недосыпа, но зато довольные. В выборе между отдыхом и совместными ночными посиделками первое всегда проигрывало.

Ох, если бы я только знала, какая насыщенная жизнь у меня настанет уже к следующему вечеру, точно предпочла бы отоспаться впрок!

Утром произошедшее накануне показалось каким-то дурным сном, а потом и вовсе забылось. У нас были куда более важные заботы. Например, прощание с подругой, почти сестрой, с которой практически не расставались уже более трёх лет.

Вдоволь наобнимавшись и наревевшись, нам пришлось отпустить Кариду к её ненаглядному солдафону. Признаться честно, мы не понимали выбор подруги, хоть и были искренне рады за неё. Ну что она нашла в этом угрюмом, вечно серьёзном и каком-то сумрачно-опасном типе? Мало того, что боевой маг, так ещё и ищейка на службе короны к тому же. От таких лучше держаться подальше, а она замуж за него…

Но сердцу не прикажешь. Карида упорхнула готовиться к свадьбе, на которую мы, к сожалению, не попадём, потому что жених у неё оказался совсем странным типом и обряд у них будет закрытый. А нас закрутила подготовка к Перводенству.

Академия буквально утопала в предпраздничной суете, все носились с нарядами и украшением всего вокруг. И не заразиться этим праздничным настроением было просто невозможно.

Так что уже к обеду мы, поредевшей, но весёлой компанией, как и все, бегали по комнатам и коридорам – кто в поисках булавки непременно зелёного цвета, кто, ища по подружкам подводку для глаз нужного оттенка. Лично я к завтрашнему балу была полностью готова, а вот на сегодняшний вечер платье подготовить как-то запамятовала. А у нас вообще-то по плану вечерние посиделки в «Чёрной шляпке». И там будет не только вся наша ведьминская группа, но и куча парней с других факультетов. Не идти же в повседневной одежде.

В общем, я, как самая умная, отправилась в город, покупать платье. Угу, после обеда, за день до Перводенства, когда все уже активно праздновать начали. Если найду хоть что-то краше мешка, это будет самое настоящее чудо, не то, что какие-то там кролики, исполняющие желания.

И нужно было поспешить, потому что все лавки, салоны и магазины вот-вот закроются, а откроются потом только дней через пять. Перводенство у нас всегда праздновали с размахом.

Вот я и спешила, как могла. Поскальзываясь на стылой мостовой, огибая прохожих, неслась на всех парах к салону мадам Ханны, «Юная прелестница». Там, благодаря одной давней истории с пойманным за руку воришкой, у меня была приличная скидка, да и выбор у мадам Ханны всегда был большой, должно ещё что-то подходящее остаться.

Так, на всей скорости, и влетела в кого-то на повороте. Мы столкнулись, я поскользнулась, результат: оба валяемся на заледеневшей брусчатке. Но мне повезло, я оказалась сверху.

Тут же вскочила, посмотрела на смягчившего мне падение человека и… неосознанно сделала шаг назад.

Это был мужчина, довольно внушительный. Даже вот так, лёжа на мостовой, он выглядел высоким, сильным и… опасным. Нет, в его взгляде не было угрозы, обычный такой кареглазый взгляд, даже слегка смеющийся и заинтересованный. И поза тоже не была угрожающей, приподнялся на локтях и теперь вот, лежит на мостовой, как ни в чём не бывало, и с лёгкой усмешкой разглядывает меня. По всем показателям приветливый и весьма привлекательный, кстати, незнакомец.

Вот только мы – ведьмы, опасность чуем за версту. И этот тип был опасен, очень опасен, конкретно для таких, как я. Ведьмоборец… Бывший, разумеется, времена гонений прошли, но… Ведьмоборцы бывшими не бывают. Это как сказать «бывший убийца». Убийца остаётся убийцей навсегда. Вот и ведьмоборцы тоже… убийцы и мучители ведьм навсегда. Особенность у них такая – они нас чуют и могут блокировать наши силы. Не врождённая особенность, приобретённая. Когда стало известно, каким именно способом ведьмоборцы получают такую власть над ведьмами, в дело вступил профсоюз защитников магических народностей. И эту жадную до ведьминской силы и крови шайку распустили.

Я сделала ещё шаг назад, продолжая пристально следить за каждым движением мужчины, который сейчас поднимался и отряхивал чёрный плащ от снега. Он заметил моё отступление, приподнял бровь, выражая лёгкое недоумение и уж было собирался что-то сказать, но я опередила.

– Прошу прощения за столкновение. Я очень спешу, всего доброго, - выпалила на одном дыхании и, огибая его по широкой дуге, побежала дальше.

– Девушка, стойте! Вы обронили…

Ведьмоборец кричал что-то мне вслед, но я не слушала, повторяя и повторяя про себя «У тебя платье, думай о платье». Только бы отвлечься поскорее, забыть, выбросить из головы. Всё в прошлом, их уже нет, мы под защитой закона.