Я не стал дожидаться развязки, пошел в лавку. Пусть Марина воюет, такое ее купеческое дело! А я так…на побегушках. По крайней мере до поры, до времени роль моя такова.

Для всех — главная тут Марина. Истину знают немногие — стряпчий, например, но он вроде как не из болтливых, и я заранее его предупредил, чтобы не распространялся насчет моей истинной роли в приобретении лавки. Даже денег за это ему дал.

Внутри все было перестроено. Стены обили темной тканью, поставили магические светляки, которые подсветят эти самые редкости, которые собираемся продавать. Прилавок перегораживал комнату на две части, и чтобы добраться до Марины, стоявшей за прилавком, нужно было пройти через калитку. Войти, ухватить что-то и убежать ттоже не получится. Дверь, когда входит покупатель, запирается дистанционно. Как оказалось, такие запоры стоят у всех торговцев ювелирными изделиями, так что не пришлось заморачиваться, выдумывая велосипед. Вошел, Марина тянет за рычаг, в дверь вдвигается здоровенный металлический штырь. И никакой тебе магии!

Да, существует опасность нападения на продавца — захватят, попытаются заставить открыть дверь. Но и этот случай я постарался предусмотреть: как только Марина почувствует опасность, она прыгнет за дверь, ведущую в комнаты отдыха и склад, захлопывает ее, отрезая нападающего от своей персоны, и уже оттуда другим рычагом блокирует первый рычаг. Все! Ловушка захлопнулась!

Окон в помещении нет, а двери усилены мной так, что их вряд ли можно было бы разбить даже из гранатомета. Я использовал магию земли, уплотняя деревянные дверные пластины, и это дерево не поддастся даже моим клинкам, не то что каким-то там простым топорам или кувалдам. Даже мои модифицированные клинки будут расковыривать дырку в двери не менее чем пару часов. А за это время я сумею организовать супостатам достойную встречу. Главное, чтобы Марина сумела выбраться через заднюю дверь, которую пришлось проделать в тыльной стене.

Конечно, как и всегда бывает, нет стопроцентной гарантии в том, что разбойники, если таковые найдутся, не заблокируют лавку со всех сторон. Они по определению идиоты, но среди них попадаются и головастые ребята, которые потом, со временем, становятся эффективными менеджерами и депутатами. Впрочем, это уже другая история.

Почему разбойники почти всегда идиоты? Да потому, что в большинстве своем банды состоят из неудачников, неспособных заработать деньги на безбедную жизнь. И кроме того — только идиот может думать, что грабежами и разбоями можно нажить капитал. Как я некогда читал про пиратов, они жили не более двух лет. Потом их или ловили и вешали, или просто топили в море. Исключения вроде Моргана и иже с ним только подтверждают это правило.

Лавку я превратил в нечто подобное доту, или огромному сейфу. Без разрешения хозяев в нее нельзя было войти, и нельзя лавку покинуть.

Склад, который оказался довольно-таки большим, превратил в подобие мастерской. Поставил окованный жестью стол, на котором имелись тиски, повесил магические фонари, ярко освещавшие помещение. Здесь имелось все нужное для того, чтобы без помех магичить и при этом не сжечь дотла всю лавку. И вытяжку сделал над столом — большую дыру, закрытую решеткой и люком, поднимаемым изнутри.

Все переоборудование заняло у меня неделю, и выбило довольно-таки приличную сумму из моих невеликих капиталов. От них теперь осталось всего пять золотых (в пересчете на медяки и серебро), так что если я в ближайшую неделю не продам хотя бы одну вещь…в общем, нам всем придется потуже затянуть наши пояса. Всем — это мне, Марине, и ее дочке Анни, которая лопала все подряд, как прожорливый снегоуборщик.

С того дня, как я купил лавку и заключил договор с Мариной прошло десять дней. Все это время мы с моей бизнесвуман провели в бегах, обустраивая рабочее место и закупая товар. Домой приползали усталые, потные, и нам было совершенно не до любовных страстей. По крайней мере — Марине. Она и не заикалась о том, что пора бы исполнить свое обещание и допустить ее в мою постель. Ну а я не настаивал, дожидаясь, когда женщина сама сделает первый шаг. Потом, все — потом! Первым делом лавка, «ну, а девушки, а девушки потом!».

Впрочем, мне самому было не до любовных игрищ. Как оказалось, работа с магией отнимает столько сил, что это равносильно тому, как если бы я весь день с рассвета и до заката разгружал вагоны. Откуда знаю? Да был в моей жизни такой факт…подрабатывал грузчиком. И только лишь скажу, что за эту работу так просто деньги не платят.

Только представить, что мне пришлось обойти всю лавку и укрепить магией каждый сантиметр ее поверхности, и все сразу станет ясно. Оказалось, что работать с металлом гораздо легче, чем с деревом или камнем. Дерево и камень — это хаос, а упорядочить хаос задача не то чтобы сложная…она почти невозможная. Как уплотнить дерево, чтобы оно сохранило вид дерева, но стало тверже стали? Как уплотнить камень, не разрушив кладку и не уменьшив его объем? Как работать с уплотнением дерева так, чтобы оно просто не вспыхнуло? Я когда модифицировал ножи, убедился, что любое уплотнение материи вызывает высвобождение тепловой энергии. И стоит мне хоть немного ошибиться с той же дверью — получу вместо нее фонтан огня. Черт с ней, с дверью — новую поставлю, но как объясню то, что с ней случилось? С чего она друг вспыхнула?

Да, пришлось попотеть, чтобы поскорей начать зарабатывать деньги.

Ну да, я могу пойти в трактир и заработать на жизнь своей игрой на гитаре, но пока что в этом необходимости нет, а светиться без нУжды я не хочу. Раз уж решил уйти в тень, спрятаться от настырной девчонки, желающей залучить меня в свои мужья, значит, так тому и быть. Иначе на кой черт я все так хорошо продумал и осуществил? Нет, не обольщаюсь — в конце концов папаша Мори меня найдет, но к тому времени я буду самостоятельным, обеспеченным идальго, и он не будет разговаривать со мной снисходительно-свысока. Надеюсь, что ни он, ни его дочка не затаили на меня обиды. Обиженная, оскорбленная в своих чувствах женщина — страшный враг. Особенно, если у нее имеется богатый папа, за годы своей работы обложившийся десятками и сотнями полезных связей.

За эти десять дней Анни стала ходить, да не просто ходить, а бегать, как шаловливый щенок. Носилась по всему дому, как ураган, и уже ничем не напоминала ту несчастную девочку, лежавшую на постели, и смотревшую на мир с укором больного ребенка: «За что мне такое?!». Она пополнела, окрепла, и теперь спокойно оставалась дома, и даже пыталась помогать матери по кухне. Раскатывала с ней тесто, резала начинку для пирожков, варила бульон. На удивление умная и развитая девочка. Когда я с ней говорил, у меня было ощущение, что говорю с девятиклассницей. — настолько она была рассудительной и деловой.