Дюжина шагов и жало моего оружия вошло точно в желтый глаз с вертикальным зрачком. Попытался-таки огрызнуться напоследок, но ранения лишили нужной ловкости. Годентаг с ранее небывалой силой пригвоздил башку твари к песку. Дарья ткнула копьем в складчатую шею и отскочила назад. Один готов!

Айна закричала, подавая сигнал. По правой стороне на гребне появились еще двое хищников. Замерли на секунду, словно раздумывая, и рванули на нас, заходя в тыл. Навстречу им уже летели пущенные вместе каменные ядра. Силушки в руке добавилось, да еще телекинезом бросок подкрепил и глазомер не подвел. Ближайшего выстегнуло двумя точными попаданиями в широкую спину, и он покатился нам под ноги. И нервные, но частые удары копья и «зубочистки». Пытался огрызаться, но визжащие девушки, изобразив акробатические прыжки, чудом избежали оскаленной пасти. Второй нападавший ловко отвернул в последний момент, передумав атаковать, и отбежал поодаль. Первый подранок, видимо, решил, что улучил удачный момент поквитаться. Встретил его в последнюю секунду, когда мразь уже практически ощущала вкус моей крови. Слегка приподнял заклинанием Телекинеза его переднюю часть в воздух, одновременно встречая оскаленную пасть жалом годентага. Удар отбросил зверя, выбив пару острых зубов. Понимая, что атака провалилась, дважды подранок, дико клекоча, кинулся наутек. Пробуксовывая в песке. Проводил его камнем, но промахнулся.

С зажатым в кулаке обломком кирпича готовился встретить новый наскок, но зверье предпочло разорвать дистанцию и исчезнуть в остатках городской застройки. И к лучшему. Пот заливал глаза и немного трясло. Подождали развития событий еще пару минут: собрал каменные ядра, девушки почистили свое оружие в песке, поплевали на дрыгающийся труп рептилии и обменялись впечатлениями. Обе держались молодцом. Если бы побежали, все бы тут остались истекать кровью, а потом кормить тварей.

Стычка произошла очень быстро: раз, и во врага полетели камни, два и первая тварь простилась с жизнью, три, и лихой наскок отбит с потерями для стаи. Разгром. А у нас никто не ранен, но все переполнены адреналином и эмоциями. Отошли от места стычки. Выдохнули. Попили воды. И отправились дальше по своим делам.

На водопое тоже не обошлось без сюрпризов. Огибая особо стремные места, вышли в оазис в этот раз, с другой стороны. Нежелательно ходить всегда одной и той же дорогой, заодно по пути проверил несколько скелетов и кучу костей. Поднял две сферы: Садовника и пустую, а также пару добрых щепоток «серебрянки». Дарья не скрывала своего разочарования — не нашла ничего полезного. Девушка не особо и стремилась рыться в костях древком копья. Когда выбеленных солнцем и ветром, а когда и облепленных черной тошнотворной массой и насекомыми.

Едва мы закончили наполнять принесенную тару, на нас из кустов вышел крупный уродец в одной набедренной повязке и с копьем. Крупный, по их меркам, конечно. Ниже меня минимум на две головы. Что странно, недочеловек рассматривал нас спокойно, без угроз. Хотя мы все дружно взялись за оружие.

Айна без страха подошла к гостю и заговорила с ним на своем языке. Дарья начала мне переводить: «Требует подчиниться и положить копье. Обещает дать воды». Последнее и так было понятно, брюнетка протягивала уродцу свою флягу. Пока тот жадно пил, девушка обернулась к нам и повторила слово «сор-коли», потом добавила еще несколько других.

— Раб-солдат, — транслировала Дарья, — Она спрашивает у тебя разрешения, можно ему пойти с нами?

Предмет обсуждения молча топтался на месте и как раз повернулся, чтобы мне стали заметны и разбитый затылок, и мощные потеки крови на шее. Он же ранен!

— Спроси про скверну. Отставить! Хороший же я буду маг…

Пригляделся к пехотинцу в магическом аспекте. Средоточия тот, естественно, не имел, эфирное тело бледное, но вкраплений скверны совсем немного. Мы и то больше сегодня нацепляли, хотя и обошли одно нехорошее место по широкой дуге. Получается, он тут очутился сегодня и пока одержимостью не страдал.

— Спроси, зачем он нам нужен?

Вместо этого Дарья влезла со своим особо ценным мнением.

— Боря, ну ты чего? Если это чучело будет сражаться с крокодилами, уже хорошо. Или пусть мешок мой понесет.

Я прочесал оазис глазами, искренне надеясь, что это не засада. Чтобы нам здесь, на краю лужи, кровь пустить, много ума не надо. Если в кустах затаилась еще парочка таких же «лагерных крепышей» с копьями и дубинками.

— Да-а? А ты сможешь им управлять? Этот ваш хунвейбин походу немой и в глазах ни проблеска мысли. Еще один рот. Его придется лечить.

Возражал больше для полемики, чтобы коллективно рассмотреть спорное решение с разных сторон. Помогая себе жестами, Дарья обсудила проблему с Айной, которая принялась бинтовать черепушку приблудного «сор-коли». После их короткого диалога шатенка поставила меня перед фактом:

— Короче, берем придурка с собой.

В оценке умственных способностей боевого раба мы оба ошиблись. Едва я начал рубить своим неказистым ножом побеги с грибным семечком, чтобы хватило прокормить пополнение, как тот показал на свое копье, что-то промычал и указал рукой направление.

— Зовет пойти с ним, — озвучила очевидное Дарья.

Вместо ощущения опасности в душе шевельнулось предчувствие хабара.

— Быстро собираем еду и идем, раз зовет.

Айна ловко сняла остатки хлебных дынь с лиан, в этот раз плоды нам достались мелкие, и было их до обидного мало. Лучшие унесли вчера, а новые не успели созреть. Мы с Дарьей в четыре руки связали два пучка грибных побегов по дюжине в каждом. На самом краю оазиса дернули пяток кустов арахиса, выкопав пару горстей стручков. Пользуясь случаем, аборигенка нарезала разной зелени: может, на чай, а может и для лечения. Собирала гербарий со знанием дела, пришлось немного задержаться. Раненый четырехпалый никуда не торопился, проявляя терпение и почтительность.