— Люди? — Честер откинул голову и засмеялся. — Слушайте, я не знаю, кто вы, и почему решили, что можете так прийти в мой цирк, но вы ничего о них не знаете. Лучше уйдите сейчас, или вас выбросят.

Великан шагнул вперед, словно по приказу Честера, но Фрэнк знал, что он этого не сделает. Из всех артистов великан хотел уйти больше всех.

— Вряд ли вы это сделаете, — Фрэнк скрестил руки на груди. — Вы даже не послушаете мое предложение? Оно выгодно для вас.

— Вряд ли такое возможно.

— Я — Фейрвелл, — он бросил фамилию снова, словно в ней было больше магии, чем раньше. Что-то в его фамилии заставляло людей замирать. Слово ни разу его не подводило, и он в последний раз произносил его.

Честер застыл на миг, а потом расчетливо посмотрел на Фрэнка.

— Это должно что-то значить, мальчишка?

— Это должно значить, что у меня достаточно денег, чтобы устроить вам жизнь куда лучше этой. Я куплю вам хороший дом, оставлю вам денег, чтобы жить было просто. И не пару лет, а так, что вы сможете прийти однажды в другой цирк и сделать то, что я делаю сейчас.

— Зачем вы это предлагаете?

— Я ищу новый бизнес. Что-то, что будет развлекать меня в старости, и я этого хочу.

— И вы думаете, что покупка цирка вас развлечет? Я знаю красивых мальчишек, как вы. Бизнес развалится, и вы найдете новую игрушку, — Честер махнул. — Уходите.

— Боюсь, этого не будет.

— Вы один, — Честер махнул на воздух, словно за Фрэнком могла стоять армия людей. — Что будете делать? Нападете? Заставите меня продать цирк? Я не заинтересован, и вы заняли мое время. Ивар, — Честер щелкнул пальцами в сторону великана. — Убери его.

Великан не двигался, и Честер повернулся к артистам цирка.

Фрэнк пытался увидеть миг глазами Честера, но видел только людей, которых теперь считал друзьями. Каждый из них стал дорог Фрэнку. Они спасли его жизнь и душу. Как он мог не думать о них с теплом? Они заботились о нем, и он заботился о них.

Артисты выстроились в ряд, держась за руки, стена людей, которые теперь смогли выступить против человека, собравшего их вместе.

Честер издал потрясенный звук.

— Что вы делаете?

Гордость наполнила грудь Фрэнка, когда Эвелин шагнула вперед. Она глубоко вдохнула и ответила:

— Честер, мы уходим.

— Для тебя — инспектор манежа.

— Мы не рабы. Ты не можешь держать нас тут вечно.

— Я и не обходился с вами, как с рабами, — ответил Честер, лицо его покраснело. — Я помогал вам, принял вас по доброте душевной. Я никогда не называл вас рабами.

— Тогда не говори, что мы не можем уйти.

Честер шагнул вперед с возмущением.

— Конечно, не можете. Я вам плачу. Это не благотворительность. Вы знаете, мир вас не потерпит…

Ивар, великан, встал между Честером и Эвелин. Его голос был ниже, чем Фрэнк ожидал, даже для его размера, и он прижал большую ладонь к груди Честера и толкал, пока говорил:

— Ты слишком близко, инспектор манежа.

— Слишком близко? — повторил Честер. — Слишком близко? Вы — моя собственность! Я платил за вас. Вы не можете уйти, когда я владею вами.

— Хватит, — перебил Фрэнк, шагнул вперед, как только слова вылетели изо рта Честера. — Вы не владеете ими. Вам не интересует их счастье. Вы хотели группу других людей, которые привлекли бы толпу. Этого больше не будет.

Честер повернулся к нему, лицо было красным, слюна слетала с губ, пока он дико махал руками.

— Вы не лучше меня! Вы хотите купить их как зверей, как я сделал годы назад. Скажи, незнакомец, как ты потом оправдаешь себя перед ними? А?

Фрэнку даже не нужно было думать над ответом.

— Я вижу в них людей. Я не покупаю их у вас. Я прошу продать мне цирк, сам бизнес, чтобы вы смогли остаться хорошим человеком, — он покачал головой и оскалился. — Теперь я вижу, что зря надеялся на ваше благородство.

Он надеялся, что слова ужалят Честера. Он хотел, чтобы мужчина признал, что поступил плохо. Впервые в своей бесполезной жизни Честер мог понять, что он поступил бесчеловечно. Никто не должен был покупать других людей. Они уже говорили о таком.

Но он зря надеялся. Честер откинул голову и засмеялся. Низкий звук доносился из его живота, а потом он хлопнул ладонью по колену от веселья.

— Благородство? Ты ничего обо мне не знаешь, и ты должен был оставить попытку сделать мир лучше давным-давно. Все тут просто хотят заработать. Артисты в этом не отличаются, и если они убедили тебя в другом, то они врут тебе.