— Занимались в зале с ним, — всё так же спокойно сказал я. — Вот и вспомнил меня.

— Ого. Ну, Игорь Иваныч бои смотреть любит. Сёдня Тайсон этого негра уделает.

— Тайсон проиграет, — уверенно сказал я. — Дисквалифицирует. Слишком он злой, сорвётся.

— Да ты гонишь! Да не проиграет он!

— Проиграет. Сто пудов сорвётся, начудит и проиграет. Победу получит второй.

Браток покачал головой. Не поверил. Ну а я делал вид, будто просто предположил, учитывая взрывной характер Тайсона.

— На сто баксов даже готов поспорить? — спросил браток, сверля меня глазами.

— Поспорим.

— Ну, — браток засмеялся и закурил ЛМ. — Тут ты зря. Но смотри, тебя никто не заставлял. Потом не бегай жаловаться Иванычу, что тебя обули. Всё сам.

Он отошёл к своему столу, хвастаясь лёгкими деньгами, а вскоре оттуда подошёл ещё один, бритый наголо, со сломанным носом и сбитыми костяшками пальцев. С ним поспорили о том же, только на двести долларов. Хотя он предлагал на тысячу, но я не стал, это уже много и может грозить неприятностями. Хватит и двести.

Братки поухмылялись, думали, что поставили меня на бабки. Женя не вмешивался, только курил. Горка окурков росла в стеклянной пепельнице.

Я думал подойти ещё к кому-нибудь. Но мне не хотелось спорить с простыми людьми, кто ставил с таким трудом заработанные деньги. У бандитов отнимать не жалко, но сильно жадничать тоже не буду, рискованно. Возможностей заработать ещё полно.

Настроили телевизор, но изображение рябило, да и сигаретный дым в зале мешал смотреть. Показ нелегальный, иногда прерывался, комментаторы говорили на английском, но никто их не слушал, ведь все в зале обсуждали, какой Тайсон молодец и вообще крутой.

По ящику показывали далёкий Лас-Вегас. Один бандит хвастался, что летал туда в прошлом году и просадил в этом самом казино три тысячи баксов. Начинался бой, о котором в моё время слышали все. Публика радостно загудела, когда выходил Тайсон, и недовольно замычала при виде Холифилда.

Бой я помнил так себе, но вспоминал по ходу. Холифилд дрался грязно, бил головой. Думаю, поэтому Тайсон и не выдержал. Сначала один укус уха, потом второй, что встретили одобрительным смехом… плавно переросшим в негодование, ведь бой остановили.

Третий раунд закончился, вскоре последовала дисквалификация. На ринге творится хрен знает что, там все толпились, орали, некоторые даже дрались. Холифилд удержал пояс ценой кусочка уха, Тайсон проиграл, а большинство тех, кто сюда пришёл, остались без денег.

Возмущались и в зале, пока амбал у входа не призвал к порядку. Думаю, в ресторане наверху люди тоже остались недовольны. Кто-то заказал себе водки, включили музыку, но большинство уходило в мрачном настроении.

— Держи, — круглолицый бандит положил передо мной сотку баксов, хлопнув по ней ладонью. — Всё как договорились.

Второй бандит, лысый, ударил кулаком по столу.

— Ты что-то знал! — заявил он с напором. — Не просто так спорил.

Женя поднялся и потянулся за стулом, без всяких прелюдий собираясь врезать братку, но я его остановил. Подраться всегда успеем.

— Бой в прямом эфире, — ответил я. — Заранее никто не знал и знать не мог, только предполагать. И как бы я по-твоему посмотрел бой раньше? Всё честно, так что давай, как договорились, двести баксов, или мне к Фролу идти? Я тебя не заставлял спорить, ты сам предложил.

Лысый шумно выдохнул через нос и затянулся сигаретой, глядя мне в глаза. Но я выдержал взгляд.

— Да я шучу, — он засмеялся. — Вот твои грины.

Положил две бумажки по сто. Это просто такая публика, что всегда пытаются так вихлять и запугать соперника. Хотя, если бы не короткий разговор с Крюковым, выбить деньги было бы сложно.

Впрочем, я и рассчитывал на этот разговор, и что его сестра нас узнает. Да и такие деньги для братков с пивзавода небольшие.

Пришлось повозиться и на кассе.

— Деньги только через неделю, — заявил старичок. — Я кассу закрыл, приходи через неделю или лучше через две.

— Лучше бы сейчас, — сказал я. — Мало ли что будет потом. Время сложное, всякое бывает.

Бандит, охранявший кассу, что-то шепнул, я услышал только тихое «с Крюковым говорил». Короткий разговор с главным бандитом творит чудеса, хотя никто и не слышал, о чём мы с ним говорили.

Вот и мой выигрыш, триста долларов и три миллиона шестьсот тысяч деревянными. Доллар тогда стоил примерно около семи тысяч рублей, но я точно не помнил. Потом, когда пройдёт реформа, будет стоить семь рублей, а потом, после дефолта, резко рванёт вверх.