— Сука, мать его, зараза, — Женя выбросил сигарету. — Кончать его надо, Волк. Такие не перевоспитываются.

— Знаю.

Тем временем в городе.

— Да мне недалеко, — сказала Тамара, обхватив себя руками. Становилось прохладнее, скоро, наверное, дождь пойдёт.

— Да подвезу, рядышком же всё, — не успокаивался болтливый парень. — А то вечереет уже, а тут всякие ходят и ходят. На меня вот недавно шпана кидалась, зуб сломали. В Китае новый вставлял, там лучше делают, чем у нас. И подешевле.

Она посмотрела на него. Вроде приличный, да и вид богатый, но… странный он какой-то. И Тамара даже не могла сказать, что именно в нём странного. Она помотала головой и отошла от дороги чуть дальше. Просто так спокойнее.

А то вспомнила, как говорили недавно, что маньяка поймали, но отпустили. Вряд ли это он, но лучше отойти. Да и Максим, её недавний знакомый, говорил, что лучше идти подальше от дороги. Так не смогут быстро затащить в машине.

— Я уже рядом, — она ускорила шаг, но машина всё ехала следом.

В животе прошёл холодок. Чего ему надо? И на улице, как назло, никого нет. Тут частные дома, а надо было идти по другой, где были двухэтажки и магазинчики, и всегда ходили всякие парни. Они хоть и кидали всякие скабрезные шуточки, но такое чувство тревоги не вызывали, просто болтали. А вон тот дом вообще пустует, говорят, в нём семью убили. Зря она здесь пошла.

— Да ты уже пришла, — сказал он и остановился. — Мы быстро.

Но не вылез. Вместо этого посмотрел в зеркало заднего вида.

— Мент этот? — спросил он. — Чё ему надо?

— Что? — удивилась Тамара.

Вместо ответа он рванул с места, подняв пыль над грязной дорогой. А по улице ехала лиловая шестёрка. Доехав до Тамары, машина остановилась. Оттуда выглянул усталый мужик с большими мешками под глазами, в потёртой жилетке из кожзама поверх старой рубашке.

— Дочка, он сказал, куда поехал? — спросил он, внимательно смотря на неё.

— Нет.

— Жаль. Но ты это, домой лучше иди, не ходи тут. Тут всякие шляются.

Шестёрка взревела, подняв ещё пыли. Тамара откашлялась, а потом заметила ещё одну машину.

Мы с Женей доехали до СТО, чтобы понять, куда он мог отправиться. Там уже и след его простыл, охранник у ворот махнул рукой в непонятном направлении.

Если бы я хотел поехать в центр, я бы поехал по улице Карла Маркса, которая самая ровная в городе, ведь только на её ремонт выделяют деньги. Но кто знает, о чём думает этот Муратов. Маньяки вообще мыслят иначе. А вдруг он уже сегодня решил идти на охоту? Тогда он будет держаться улочек, где малолюдно и можно найти жертву.

— Было бы две машины и рация, — сказал Женя. — Разделились бы.

До темноты ещё время есть, но начинала портиться погода. Как по заказу, чтобы ливень разогнал прохожих. Я свернул на другую улочку и объехал огромную яму.

Сейчас бесполезно вспоминать, кто был второй жертвой и где её нашли. Во-первых, это было осенью, а во-вторых, я уже нарушил ход событий. Всё изменилось.

Решил покататься в районе дома мэра, может быть, ублюдок заедет к дяде в гости, а дальше уже будет проще. Свернул, проехал мимо двухэтажек и заметил знакомый силуэт на пустеющей улочке. Это Тамара, надо бы её увезти домой, а то мало ли.

Остановился, она меня узнала.

— Погода портится, — сказал я, поздоровавшись. — Давай довезу.

— Нет, — она наотрез покачала головой. — Вот меня только что один хмырь преследовал, странный такой.

Ну да, она же меня ещё почти не знает, чтобы садиться ко мне в машину. Правильно делает, хотя мне было бы спокойнее её увезти. Но неужели она видела его?

— Он не на зелёной ауди был?

— На зелёной, но я не знаю, какая-то иномарка. А потом приехали жигули, там дядька какой-то. Вот этот парень на иномарке его испугался и уехал.

— В какую сторону? — спросил я.

— Вон туда, на Ленина. Быстро ехал. А что-то случилось?

— Надеюсь, ничего. Ладно, иди, но держись людных мест.

— Мне дяденька тот так же сказал.

— Увидимся.

Поехал дальше по убитой улице. Из-за того, что ехал быстро, не всегда успевал объехать ямки, и уже отбил задницу на твердоватом сидении. Но зато вездеход по таким дорогам проехать мог быстро.

А вот те жигули шестой модели нет. Машина стояла на обочине, капот открытый. Водителя, который смотрел туда, я узнал.