Преподаватель уже трясется, но поделать ничего не может. Не боец человек, бывает.

— Тут полно свободных столов, — спокойно говорит Гриша. — Сядьте за любой.

Ближайший к нему бугай качает головой.

— Не пойдет, мальчуган, мне нравится этот. Так что вы, парни, свалите, а девушки останутся, — он зыркает на Камилу и чуть ли не облизывается на ее выпуклые, как бок аэростата, достоинства. — Особенно ты, черненькая.

— Камила, — холодно произносит Богдан, а уж в чем в чем, но в холоде он смыслит. — Этот смерд оскорбил тебя. Разреши постоять за твою честь?

Брюнетка элегантным жестом подносит сложенную салфетку к губам, затем берет стакан с водой и отпивает маленький глоток из него. Всё это время мужчины смиренно ждут. Бугаи судорожно следят за ее глотками. Прямо колдовство какое-то.

— Богдан, пускай за меня Даниил заступится, — вдруг придумывает эта чертовка. — Он уже на ногах. Ему проще. Да и он сможет обойтись без похабного мордобоя, — она поднимает свои ведьмовские зеленые глаза на меня. — Ведь так же, Даниил?

— Безусловно, — я усаживаюсь на свое место рядом с Леной, комфортно пододвигаю стул к столу. Оглядываю пустую, не считая графина с водой, скатерть. — Официант не торопится с заказом?

— Куда-то пропал, — вздыхает Гриша.

— Позовите, пожалуйста, его, — поднимаю взгляд на громилу. — Скажите, что мы ждем заказ.

— Ха! Вы слышали?! — ржут его дружбаны. — Костян, ну чё? Попрешься по указке пацана…эй, Костян?! Ты куда?

Мозг «дальнобойщика» прошивает псионический выстрел, и он послушно топает в служебную комнату. Остальные два бугая удивленно смотрят ему вслед.

— Отлить, может, пошел. — Кретины, что сказать. Всё еще не доходит. — Ладно…щенки, по-хорошему вы, видно, не понимаете, — они сжимают горилльи кулаки. — Сейчас мы вас научим уважать старших.

Я поднимаю указательный палец, и оба здоровяка замирают. Один с поднятым кулаком для замаха, другой с раскрытым ртом и высунутым языком. Прямо композиция «Будь бабуином, непобедимым!»

— Что ты с ними сделал? — с любопытством спрашивает Камила.

Брюнетка пристально осматривает истуканов с головы до ног.

Всё ей интересно. Хотя и она сама меня тоже волнует в какой-то мере. Девочка-имба как-никак. Целитель и воздушник в одном лице. Может, ли у этой крошки случиться и третье пробуждение?

— Управление сознанием, — пожимаю плечами. — Я «закрыл» им разумы, что для стороннего наблюдателя может показаться остановкой времени.

— Не выпендривайся, умник, — вскидывается Предякин. — Выпроводи этих остолопов уже вон, пока я не превратил их в куски льда.

— Не придумывай, Богдан, — фыркает Света, сложив руки на столе. — У тебя всего лишь первый уровень Воина-мага. Ты в жизнь не заморозишь живые ткани. Раз уж я, третий уровень, не могу воспламенить человека. Всё, на что хватит твоих сил, проткнуть этих индивидов ледяными пиками.

— И забрызгать здесь всё кровью? Когда мы собрались обедать? — хмурится Камила, со всей строгостью посмотрев на Айсмена. — Богдан, я о тебе была лучшего мнения. Хотя бы считала, что ты не лишен манер.

— Да…я…я…вовсе не собирался, — оправдывается побледневший дворянин.

— А раз не собирался, — с коварной улыбкой подводит черту Камила, — то и обсуждать здесь нечего. Даниил, выпроводи, пожалуйста, сударей с наших глаз.

Чертовка! Уже жалко ее будущего мужа! Она из него такие веревки будет вить! Особенно, если не повезет Предякину. У бедного Айсмена вообще нет никаких шансов.

Но «дальнобойщиков» я никуда пока не выпроваживаю, лишь отвожу в сторонку, дабы не фонили. Дожидаемся третьего товарища, который идет позади напуганного официанта с заказом. Тарелки на подносе чуть ли не ходят ходуном. Бедняга вообще не понимает, что происходит, но блюда принес, громила ведь настоял.

— Ваши заказы…. дамы и господа, — официант расставляет наш обед. — Я больше вам не нужен?

— Можете идти, — взмахиваю рукой, и он мигом испаряется.

— Скорострельный, — фыркает Гриша.

— Кстати, бармен тоже запропастился, — подмечает Света. — Ну здесь и обслуживание, скажу я вам.

— Даниил, теперь, думаю, можно и от зрителей избавиться, — напоминает Камила о своей просьбе.

— Теперь можно, — отправляю «дальнобойщиков» прочь. В головы им впихиваю желание поскорее убраться отсюда. — Приятного аппетита всем!

Неожиданно голос прорывается и у нашего преподавателя:

— Судари и сударыни, вы сможете есть после такого происшествия?

Я с недоумением на него смотрю: