— Ну как, договорился?

Сбоку пристроилась Кира.

— Это же элита! А ты чахленький рубер… как?

— Не знаю, может при жизни сукой была? У меня с ними ладилось!

Девушка вперила в меня уничтожающий взгляд. Я посмотрел назад, невысокий лесок мелкие берёзки, но дорожка проторена. Дальше стена тумана. Элитник лежал на брюхе, мордой к перегружающемуся кластеру, готовый сорваться в любой момент. На нас ноль эмоций.

— И что делать будем? — наш знахарь криво улыбался, глядя на нетипичную для Стикса картину.

— Что, что… Берём одну бурёнку и уходим… Если бобик против не будет.

— Жуткая образина, — Аринка окинула нас круглыми глазами. — Почему ты её не убил?

— Цифровой у нас правильный, по своим понятиям живёт, — высказалась Кира. — Не тронешь его, и он не будет!

— Хватит болтать, — бросил я. — Коровник нарисовался.

Странный элитник уже сорвался за едой, Вискарь устремился в ту же сторону.

Несчастные коровы, почуяв неприятности с приходом кисляка мычали на все лады, а уж когда бобик появился, такой ор начался со скачками по загону. Элитник пробился сквозь забор, видимо приём давно отработан, штакетник в дребезги, тут же попалась первая жертва, удар в бочину кровь во все стороны, понёсся дальше.

— Да он не пуганый совсем! — весело воскликнул Кенарь.

— Просто никогда не голодает, — поправил я. — Давай вон ту приберём, — указал на единственную скотину, что прибилась в ближний угол. — И уходим в стаб… поглубже, не хочется на этот пир смотреть.

— Жалко коровок! — Арина состряпала обиженно-жалостливую мордашку. — Ты что, и правда его не тронешь?

Мне вот такие дела вообще не нравились.

— Хочешь, чтоб я убил ради тебя? За что? Он в своём мире, никому не мешает!

Ничего не ответила, отвернулась словно получила пощёчину.

— Полегче громила, — Кира встала между нами. — Ребёнок же!

— Вискарь!

Умный пёс проследил за моим взглядом и тут же рванул загонять корову.

Спустя пару часов, когда уже стемнело, мы развалились вокруг затухающего костра. Кира с Ариной о чём-то шушукались, Вискарь дрых, по своему обыкновению дрыгая лапами, Кенарь уставился на угли, как и я впрочем.

— Затих вроде? — заметил знахарь. — Отъелся и уснул?

— Сомневаюсь, — я вспомнил длинные, бессонные ночи. — Лежит где-нибудь с набитым брюхом, переваривает, утром отправится искать недобитки.

Словно в подтверждение, в десятке метров от нас проскользнула всклоченная корова.

— Мууу…

Кенарь поднялся с лежанки.

— Схожу за дровами.

Ещё до ужина, я попросил Киру потратить одну гранату и теперь знал, что до большой земли порядка пяти километров и это в самом узком месте. Не маленькое расстояние, даже для меня.

Вариант остаться и потренироваться я отмёл сразу. Живчик на исходе. Есть спораны, подростки обшарили дом и нашли бутылку водки, хорошо, конечно, но для меня это жалкие слёзы. Постепенно пришёл к мысли, что придётся прорываться. Детей в карман, а Кира с Вискарём рядышком, бегом ножками.

Поступим так утром, а сейчас нужно хорошенько отдохнуть, — на этой мысли, я закрыл глаза.

— ГАВ… ГАВ- ГАВ!

Я вылез со дна самого глубокого сна, готов был рвать и метать.

— Какого хера? — подскочил осматриваясь.

Все на месте, Вискарь рычит и было на кого, вчерашний бобик припёрся.

— Отвали, урод! — синевласка отгоняла гостя, а тот гавкал, пытаясь что-то подобрать и судя по поджатому хвосту тут же свалить.

Это ж кошмар какой-то, один вид чудовищного размера собаки мог загнать в ступор.

— Брысь отсюда! — я подобрал недогрызенную Вискарём кость и швырнул как получилось, в сторону.

Тот сиганул за добычей, сломав при этом берёзу, нас обдало утренней росой, шикарное пробуждение.

— Что, уже всех съел? — сонный Кенарь протирал глаза.

— Получается так, — подытожил я. — Собираемся, разминаемся, завтрак на той стороне!

Не из вредности это сказал. Кое-кто пойдёт пешком, и лучше на пустой желудок.

— Молодёжь!

Арина проснулась много раньше и подскочила соответственно быстрее, за ней и малолетний знахарь приподнялся. Встали рядышком, то, что надо.

— Размялись!? Молодцы… Обними её, Кенарь!

Девчонка вспыхнула, вот-вот разродится гневной тирадой, хорошо хоть парень сообразительный. Улыбнулся и положил руку ей на плечо, парочка тут же пропала.

Ощутив тяжесть, посмотрел на Киру.

— Пять километров… Ты серьёзно? — девушка смотрела обречённо. — У меня же волосы выпадут!

Бобик догнал косточку и лупился теперь на меня, с ней же в зубах. Глаза хоть и мутные, но видно, что хочет поиграть.

— Шапку надень, говорят сохраняет, — нашёлся я с ответом. — А вообще… у меня никогда не было лысых девчонок, слышал заводные!?