Малышка Риана, как же она стонет, как кричит в конце. Почувствовав силу в чреслах, Топор открыл дверь, и его улыбка погасла.

— Что случилось? Детка! — её бледный, придушенный вид, либидо не повышал, скорее напротив. К тому же, она косилась куда-то в сторону в глубь тёмного коридора.

Расслабившийся за время проживания в стабе Топор, хотел было возмутится, с какого хрена темно, и кто это тут такой смелый, что решил обломать его утренний секс? Но в это мгновение, что-то сверкнуло и хлопнуло, а предмет его будущих утех влетел в комнату в совсем уж неприглядном виде, с некрасивой дыркой в голове.

До Топора стало доходить, что дело плохо, по привычке отдав команду генералу, что-то типа SOS, он метнулся в комнату за оружием, но его подвела тяга к комфорту. Тяжёлый махровый халат, очень удобен и много для чего предназначен, к сожалению для погонщика быстрый бег в нём противопоказан. Топор запутался в полах на первом же шаге и позорно растянулся в коридоре.

— С-ука мля!!! — он перевернулся на спину, ровно для того, чтобы встретиться взглядом с Сухметом. — Ты?… Какого хера творишь?

— Мне нужна твоя стая, — спокойно ответил парень.

— Что? Почему моя? Возьми у Водяного, этот колдырь ещё спит!

— Я уже взял…

— Погоди, — Топор смотрел на набалдашник глушителя, понимая, что секунды уходят, а значит надо торговаться, обещать всё что угодно, а там время покажет. — Забирай так, я легко отвяжу, — соврал он. Сухмет улыбнулся. — У меня есть жемчуг, чёрный, красный, дай время… час, нет, хватит пятнадцати минут, и я достану две белки…

— Прощай Топор!

— А-а-а ПОМОГ… — хлопнул выстрел и Топор тут же расслабился.

— Заходи, — скомандовал Сухмет.

В проёме появилось бледное лицо Колбасяна.

— Затащи эту шлюху и уходим, не хватало чтоб нас повязали… Скоро им будет не до этих мелочей.

Пока лакрум выполнял приказ, Сухмет дёрнул струну связи с Рубакой. Его командиры во главе с генералом, сумели выбить самых сильных, без потерь не обошлось, но стая увеличилась вдвое, теперь, нужно провести схожую операцию. Парень надеялся, что Рубака справится, до сих пор не подводил.

Через несколько минут заговорщики подошли к двери комнаты Сухмета, там уже ждал Кук с огромным рюкзаком за спиной.

— Не всё поместилось, — оправдался он на недоумённый взгляд погонщика. — Получилось? — в голосе сквозила надежда.

— Свалить бы отсюда, злачное место, — пробухтел Колбасян

— Пока что всё идёт по плану, заходим, не надо здесь светиться.

Дверь закрылась. Сухмет устроился в удобном кресле, а подчинённые встали в центре комнаты, не решаясь что-либо сделать.

Коротышка хэкнул скидывая рюкзак, в этот момент в дверь постучали, судя по всему, ни какая-нибудь обслуга, слишком требовательно. Шарахнулись все, кроме Сухмета.

— Колбасяяаан! — на распев донеслось из-за двери. — Ты здесь, дорогой?

— А, это Гонза, — испуганно прошептал вызываемый. — Подручный того маньяка! Он мне шланг в задницу совал… Урод!

— Подтверждаю каждое слово, — вторил ему повар. — Он харизматик, заболтает и сделаешь всё что скажет.

— Спокойно, сейчас разберёмся… Кук, спрячь рюкзак за диван и открой ему, как зайдёт закрой, а ты сядь и не трясись так!

— Колбасян, ну что ты как маленький? Открой, познакомь с друзьями!

Пока Кук дошёл до двери, Сухмет накрыл руку с оружием диванным пледом. Щёлкнула щеколда, на пороге появился смазливый франт, из тех, что безоговорочно нравятся женщинам, зашёл огляделся.

— Привет Кук, шикарные были сардельки, на сливочном масле готовил? Ты такой молодец Кук, но почему так мало? О-о! — Гонза остановился в коридорчике. — Подсохшая блевотина, как же романтично, напоминает старые вестерны, запах табака, дерьма и одеколона.

Дверь закрылась.

— А что, мне нравиться компания! Колбасян, давай захватим твоего друга, возьмём пива, поднимемся наверх, у меня прекрасная коллекция оружия. Видел бы твой друг какие там ножи, ох, были времена…

Сухмету начал нравиться этот странный тип, он напоминал одного из друзей, такой же весёлый балагур, парень даже улыбнулся, переводя взгляд на Колбасяна, который тоже смущённо улыбался. А почему бы не подняться, поболтать с хорошим человеком, тем более ножи, это же красиво. Рассуждая, Сухмет посмотрел на нового друга, тот буквально светился благожелательностью, продолжая говорить и говорить, слова текли как сладкий мёд.

— А что это коротышка задумал?

Хрясь…

Резко заткнувшись, весёлый балагур сложился словно поломанная кукла, в симпатичной башке торчит клюв. Сухмет и Колбасян схватились за головы. Острая, сильная боль, так бывает, когда контакт внезапно прерывается.