Впереди по дороге расхаживали гигантские ожившие нефритовые пауки, а позади них тянулись ряды отступающих войск дроу к распахнутым дверям крепости-часовни, Храма Куарвелшаресс.

Вскоре после этого аристократы Сарибель и Равель наткнулись на Богохульство и их могущественного полевого командира. Они стояли рядом с Воселли, когда одинокая фигура в одеянии верховной жрицы, вышла на балкон Храма.

– Сос'Ампту Бэнр, – Дайниннэ услышал, как Сарибель прошептала это Воселли и ее брату. – Сестра Верховной Матери Квентл.

– Внутри находится Убежище, – прокричала Сос'Ампту толпе, ее голос был явно усилен магией. – Вы не можете пройти внутрь со злым умыслом!

– Что теперь? – спросила Воселли.

– Мы уходим, – сказала Сарибель. – Мы выиграли этот день. Наши враги ужалены и рассеяны. И мы оставили десятки павших, много убитых и еще больше раненых.

– Скоро и они будут мертвы, – пообещала Воселли.

– Нет, – заявила Сарибель, удивив ее. – Скажи своим воинам Богохульства, чтобы собирали наших собственных убитых и раненых, но не предпринимали никаких действий против поверженных врагов. Все вы быстро возвращаетесь в Дом До'Урден. Взоры многих Домов устремлены на нас здесь. Они не одобрят убийство раненых.

«Гораздо больше Домов, чем ты думаешь», – подумал Дайниннэ, но не сказал.

– Бессмысленное убийство, лишенное милосердия, – не путь Верховной матери Квентл в Мензоберранзане, – добавил Равель.

Воселли выполнила приказ, и отряд Богохульников в два счета проложил себе путь обратно в туннели Дома До'Урден. Затем через проходы они вышли обратно на арену, где их ждали магические врата.

Вскоре они спустились в подземные туннели, быстрым шагом направляясь обратно на юг, но не в К'елларц'орль и Дом Бэнр. Ибо не успели они приблизиться к Нарбондель, как свернули в другой потайной проход, прошли через ряд тяжелых дверей, магически скрытых и защищенных, и в другой длинный туннель, уходящий далеко на юг и восток, через весь город. Они вышли в самом восточном конце сталагмитовой рощи, известной под названием «Паучьи Клыки», к грибным рощам и фермам, озеру под названием Донигартен и Острову Рофов.

Там им было приказано окопаться в траншеях и расставить дозорных по всему периметру.

Так, одним смелым шагом, Дом Бэнр захватил контроль над городскими запасами продовольствия, торговыми путями и караванами за пределами Мензоберранзана и, таким образом, внезапно и окончательно изолировал известного союзника Матери Жиндии Меларн – Дом Ханцрин.

Ивоннель и Минолин Фей рука об руку вошли в часовню Дома Бэнр. Они хихикали и играли, при каждом шаге ударяясь плечами друг о друга. Квентл и Миринеил, мать и дочь, уже находились в священном месте, и заметив выражение их лиц, Ивоннель намеренно усилила игру.

– Вы пришли в это священное место забавляться? – огрызнулась Верховная Мать Квентл, направляя свой гнев в основном на Минолин Фей, разумеется.

– Ах, рефлекторная реакция многовекового воспитания, – смеясь, ответила Ивоннель, и толкнула Минолин Фей в бок.

Минолин Фей фыркнула и прижала руку к губам, словно пыталась сдержать взрыв смеха.

Ивоннель подмигнула ей за представление, ибо именно им оно и было.

– Оставь нас, жрица Минолин Фей, – потребовала Квентл.

Минолин Фей посмотрела на Ивоннель.

– Нет, ты останешься, – сказала ей Ивоннель, затем повернулась к Верховной Матери. – Она останется. Она здесь по определенной причине.

– Тогда прояви уважение, – потребовала Квентл.

– К кому?

– К этому месту. К тому, что он представляет, к сердцу Дома Бэнр.

– Мы уважаем Дом Бэнр. И сражаемся за то, каким стал Дом Бэнр, – сказала Ивоннель. – А не за то, каким он был раньше.

– И ты приходишь сюда забавляться?

– Мы выиграли битву, – напомнила ей Ивоннель. – Мы разгромили нападавших на Дом До'Урден и держим Донигартен и фермы железной хваткой.

– Вряд ли это решающая победа.

– Но это победа. Ты предпочитаешь альтернативу?

Квентл с трудом подбирала слова. Она посмотрела на свою дочь, которая стояла, скрестив руки на груди, с хмурым выражением на юном лице.

– Вот такой взгляд я привыкла видеть у тебя, Миринеил, – поддразнила Ивоннель.

Миринеил опустила руки по бокам и несколько раз моргнула, ошеломленная и даже открывая рот от потрясения.

Минолин Фей фыркнула, тщетно пытаясь сдержать смех.

– Тебе не мешало бы вспомнить, где ты находишься, – прорычала на нее Квентл.

– Я точно знаю, где я... сестра, – ответила Минолин Фей. Глаза Квентл расширились от шока, и на мгновение, Ивоннель показалось, что она может запустить в Минолин Фей каким-нибудь мощным заклинанием, столбом огня или атакой, разрушающей разум.

– Несколько дней назад ты назвала меня сестрой, – пояснила Минолин Фей, не отступая. – Разве взаимность неприемлема или недопустима? Если так, то чего стоили твои слова?

Двое у алтаря озадаченно переглянулись.

– Ивоннель, в какую игру ты играешь? – потребовала Квентл.