Неспешно двигаясь к озеру, я отдыхал и наслаждался вечерней прохладой. Придя же к месту, я увидел там достаточно много людей, которые сидели вокруг прекрасного озера, покрытого туманом. Не желая никого беспокоить, я аккуратно подошел к свободному месту и тоже приступил к медитации.

Сконцентрировавшись и сделав несколько оборотов своей Ци, я почувствовал нечто новое. Мне казалось, что туман, который я видел, начал собираться вокруг меня. И удивившись, я решил проверить так ли это. Но когда я открыл глаза, оказалось, что мое окружение оставалось неизменным, что ставило меня в тупик. Но как только я вспомнил главную цель медитации в подобных местах, все встало на свои места. По всей видимости, это и была мировая энергия, которая мне требовалась.

Сделав еще одну попытку и снова ощутив этот туман, я начал пытаться впитать его и направить в текущий поток своей Ци. Хотя, казалось, никаких изменений не произошло, со временем я заметил, что поток моей Ци стал немного плотней и обильней. Могло ли это произойти из-за внешней подпитки? Было ли это той пользой, которую я искал?

Но когда я думал попробовать другой способ, меня внезапно что-то ударило, из-за чего я упал на спину, ощущая сильное жжение на лице. К тому же потеряв концентрацию, я не смог завершить очередной оборот, и энергия вышла из-под контроля, разойдясь по всему моему телу, вызывая сильную боль и онемение. С трудом снова сев и открыв глаза, я увидел перед собой девушку, которая впустила меня сегодня в сад.

— Вот мы и снова встретились, недоносок. Из-за тебя меня лишили оплаты за несколько месяцев, а ты счастливый и довольный сидишь здесь и портишь воздух, — злобно прошипела она.

— Что? Я … — еще не до конца оправившись, я никак не мог понять, что происходит.

— Заткни свою пасть. Не хочу слушать оправдания жалкого калеки.

— Но я не калека! — с удивлением возразил я.

— Ты разве не слышал меня? Я сказала молчать! — и в этот раз я отчетливо видел, как её нога полетела мне в лицо, — Если я говорю, что ты калека, должен заткнуться, то ты просто молча выполняешь. Отныне, чтоб я тебя здесь больше не видела.

— Я здесь работаю так же, как и ты. Я имею полное право здесь находиться! — я не мог понять такого отношения, а также начинал злиться, но с сожалением понимал, что слишком слаб. Но в то же время мне не хотелось сдаваться и продолжать молча сносить все унижения.

— О-о, так ты настолько туп, что даже не понимаешь человеческую речь?

— Ты не человек, ты просто грязная подстилка для диких собак! — и только огрызнувшись, я понял, что мне следовало держать язык за зубами.

— Тварь. Как видно, единственный способ заставить тебя молчать — это вырвать твой поганый язык, — злобно завизжала она и обрушила на меня шквал ударов.

А я даже не мог толком увернуться, так как мои внутренности продолжали болеть, словно кто-то их рвет, да и еще после второго удара сильно кружилась голова. И не имея физических сил остановить избиение, я решил попробовать другой метод.

— Я доложу старейшинам о нарушении тобой правил секты! — крикнул я, собрав остатки сил.

И внезапно избиение прекратилось, но не успел я обрадоваться, как услышал издевательский смех, причем не только моего мучителя, но и окружающих девушек. Оглядевшись, я видел, как часть из них смеется, многие просто игнорируют все происходящее и только небольшая часть стыдливо отводит глаза.

— Ты можешь попробовать, — все еще посмеиваясь сказала она, — но тут никто не подтвердит твои слова. Ведь мы здесь все очень дружны.

И снова взрыв смеха последовал после её слов, а лица некоторых учениц стали хмурыми.

— К тому же если я узнаю, что кто-то настучал на меня… покалечу тебя куда раньше, чем успеешь сделать это сам, — и снова начала бить меня, стараясь попасть в лицо и живот, которые я, кое-как свернувшись, пытался прикрыть.

— Ну и кто теперь подстилка? А? Мелкий сучоныш, только второй день в секте, а уже осмеливаешься тявкать на меня! — снова начала она заводиться, видимо, вспомнив мои слова.

Я пришел в себя от страшной боли и холода, не зная, сколько я провалялся, и когда потерял сознание, но болело у меня все, а сил, чтобы подняться, не осталось. Перевернувшись на спину, я увидел полную луну в окружении ярких звезд, смотревших на мое жалкое состояние с неба, словно зрители в цирке на кривляния клоуна. И к сожалению, я на самом деле был этим самым клоуном.

Даже зная, что я крайне слаб и нахожусь, по сути, в самом низу местной иерархии, я продолжал спорить. Не имея никакой поддержки за спиной, я оскорбил эту сумасшедшую суку и тем самым сделал все куда хуже. По крайней мере, тихо уйдя опустив голову, я мог хотя бы остаться относительно цел. Но видимо, насмешки и нападки последних дней задели меня куда сильнее, чем я хотел думать. Моя маленькая гордость слишком страдала от всех этих унижений, но теперь, в дополнение ко всему, я чувствовал себя идиотом.

Что ж, сделанного не вернуть, мне нужно постараться и больше ни во что не влипать. Да и помощи мне ждать неоткуда. Только теперь я понимаю, что намеренно старался игнорировать сложившуюся ситуацию и боялся взглянуть правде в глаза. Мой элемент — это проблема, проблема о которой знают практически все, но им плевать. Даже старейшины ни слова не сказали мне о том, что я могу стать калекой. Только эта девка в пылу своей ярости бросила мне пару подсказок, да тот мужчина, что направил в библиотеку.