Я не помню, когда отключилась, проснулась под утро от новых ласк, нежных и томных, словно все происходило во сне. Я отдавалась Владу без остатка, раскрываясь перед ним не только душой и телом, но всем, что было во мне. Я любила его, каждым своим оголенным нервом, любила так, что становилось невыносимо от этого, хотела его зацеловать, съесть, привязать к себе навечно. И когда утром он разбудил меня, мягко целуя в губы и трогая легко грудь под одеялом, я уже не знала в каком мире я проснулась. Где у нас реальность и где граница той чувственности, которую он вызывал во мне. Которая заставляла меня отдаваться ему снова и снова, теряя себя.

– Ты веришь мне? – спрашивал Влад и я кивала. Правда не совсем понимала, с чем именно я соглашаюсь, – Ты будешь ждать меня год. Правда, будешь?

– Буду, – шептала я.

– Пообещай мне, что ты всегда будешь меня ждать.

– Обещаю, – соглашалась я.

– Даже если я сделаю что-то плохое, ты простишь?

– Прощу.

– Я люблю тебя.

– И я люблю тебя.

– Вставай соня, поехали! – шлепнул по аппетитному голому заду Иришку, которая подняла на меня сонные глаза. Субботнее утро уже давно перевалило за десять часов, а эта соня все спала.

– Куда? Не хочу, – нахмурилась она, снова падая очаровательно лохматой головой на подушку и закрывая глаза.

– Ах, вот как! – хищно зарычал я, забираясь к ней под одеяло и скользя по голому телу. Нашел ее тонкую талию и стал щекотать, отчего она вся задергалась, засмеялась, пытаясь вырваться. А я уже увлекся, когда мои руки нашли ее грудь и на полчаса забыл обо всем, получая то, о чем мечтал все утро. Казалось бы, ночь должна немного остудить пыл, но нет, я снова хотел ее будто первый раз, до боли внизу живота, до сдвига в голове. От щекотки плавно перешел к ласкам и вскоре ловил ее тихие вздохи, врываясь жадно в горячую глубину.

– Теперь точно вставай, – перекатился с нее, когда все закончилось и чмокнул смачно в нос. Румянец на лице, губы чуть открыты, голос хриплый, еще тихий от страсти, что не угасла.

– Скажешь куда? – улыбнулась Ирина, усаживаясь на кровати и стыдливо прикрывая грудь одеялом. Я потянул на себя кончик, она сжала свой, так и боролись несколько секунд, пока я не отпустил.

– Нужно решить вопрос с квартирой, велено к двенадцати приехать и забрать ключи, – сказал ей, и Ирина вскрикнула, откинула одеяло и прыгнула на меня, как обезьянка, прижавшись голым телом и целуя.

– Ты сейчас хорошо подумала, когда в таком виде прыгнула на меня? – усмехнулся я, оторвался от ее сладких губ, – Я ведь могу и не ехать никуда, – подхватил ее под голую попку и посадил на себя, толкнулся бедрами в тонких тренировочных штанах. Провел руками по соблазнительным изгибам и накрыл ладонями грудь.

– Нет, не трогай меня! – взвизгнула Ирина и вскочила, побежала в ванную, а я за ней. Она со смехом закрыла дверь перед моим носом, – Иначе мы застрянем тут на весь день, Красилов, отстань от меня! – я для устрашения подергал ручку в ванную и улыбаясь прошел на кухню, чтобы сварить нам кофе. Поскреб рукой затылок и достал замороженную пиццу, сунул ее в духовку, чтобы разогрелась.

Встал у окна и закурил, выдыхая дым в форточку. Улыбка сползла с лица, вспомнил про угрозы отца. Вопрос, что делать так и висел в воздухе. «Скажу Ирине обо всем завтра, не сегодня» сказал сам себе, оставляя себе еще день и ночь. «Перед смертью не надышишься, Красилов» и это точно. Хотя ночью я и вырвал у Ирины обещание ждать меня, но это было не то, она и не знала, что я у нее прошу. А если бы знала… Скорее всего, ее здесь не было. Да, пусть я эгоист и подонок, но все, что я сейчас хотел, это подчинить ее себе, присвоить, чтобы она была со мной, даже несмотря на то, что хочу сделать.

– Ты так задумался? – подошла ко мне сзади Иришка, обвивая теплыми руками голый торс и касаясь губами шеи, – О чем ты думаешь? – спросила она, дотягиваясь до моего уха и чуть покусывая его, встала на цыпочки.

Я повернулся к ней, притягивая за талию. Она надела короткую футболку и мокрые волосы лежали на плечах, пахли моим шампунем.

– Ты пахнешь мной, – сказал ей, прижимая к себе.

– У тебя нет женского шампуня, – улыбнулась она.

– Кстати! – громко сказал я, отстраняясь от Ирины и выключая духовку, – Мы потом заедем в магазин.

– Зачем? – удивилась Ирина, усаживаясь с ногами на диванчик и переставляя вазочку с сахаром на столе.

– У нас сегодня вечеринка, ты не забыла? – спросил ее, открывая духовку и выкладывая пиццу на большое плоское блюдо. Достал две чашки, включил кофеварку. Ирина следила за моими манипуляциями с улыбкой, а я старался. Поставил на стол две тарелки, разрезал пиццу на кусочки и сел рядом с ней.

– Ты такой хозяйственный, – заулыбалась она, – Зачем нам вечеринка? Праздник какой? – пододвинула она к себе чашку с капучино и отпила, закатывая глаза, – Божественно!