— Грёбаный дегенерат… Смотреть на это животное тошно, — скривился я.

В этот момент я жалел, что у меня были обострены все чувства, особенно обоняние. Хотя Нику ничего из этого не смущало. Девушка спокойно и без эмоций осматривала всё вокруг, замечая каждую деталь. Всё ту же кровь на шторах, пучок чужих волос, прилипших к окровавленной одежде Виктора, ствол, что закатился под кровать. Его девушка передала мне, а я сразу закинул в рюкзак.

— Будем будить? — уточнил я.

— Нет, блин, смотреть на него и умиляться, — буркнула Ника.

Что интересно, она хоть и полустерва и бывает иногда грубой, я никогда не слышал, чтоб она материлась, даже когда злится.

— Можно прям так в машину бросить и домой увезти, — пожал я плечами.

— На хрен он там нужен?

— Ну, он много чего знает. Сразу может и не всё рассказать, а там разговорится.

— Ты его мыть будешь и блевотину за ним убирать? А кормить его чем? А если его искать будут? Сейчас всё узнаем, завалим и свалим, — решила вампирша.

— Ты же вроде не убиваешь людей, — заметил я.

— Без необходимости не убиваю. Но от этого куска говна у нас может появиться больше проблем, чем от тебя.

— Значит, я проблема? Ну спасибо… — изобразил я обиду.

— Воронов, помолчи лучше, ладно?

— Ух ты, по фамилии обращаешься? Это уважение? Тогда лучше отчество ещё добавь. Ладно-ладно, молчу, не смотри на меня так.

Ника не нянчилась и не мелочилась с Виктором, на что мне было даже приятно смотреть. Она просто подошла к нему и влепила сочную пощёчину. Через несколько секунд половина лица ублюдка покраснела, а сам он вяло, что-то невнятно ворча, приоткрыл глаза.

— Привет, сладкий, выспался? — ласково и с улыбкой спросила Ника.

— Ты кто на хрен такая? — промямлил тот, едва открывая рот.

Хрясь! Ещё одна пощёчина.

— Неправильный ответ.

— Ах ты шала…

Хрясь! Ещё раз.

— И грубить не нужно, я этого не люблю. Ты отдупляешь, где находишься? Какой сегодня день недели? Да хотя бы имя своё помнишь?

По взгляду крёстного было ясно, что нет, ничего он не помнит и не понимает. Он даже не мог сфокусировать своё внимание на девушке перед ним и постоянно вертел головой, не в силах оторвать её от подушки.

— Ну что, допросила? — с издёвкой спросил я Нику.

— Заткнись. Алё, дядя, мы разговаривать будем? Может, вам водички дать?

— Выпить есть? — промямлил он.

— Ага, значит, это мы понимаем, а как на вопросы отвечать — не понимаем…

— Иди нах…

Хрясь!

— Я же говорила, не выражаться при мне. Или тебя мама не учила девушек уважать?

Виктор начал что-то понимать. По крайней мере, вспомнил, что у него когда-то был ствол, и начал ёрзать рукой под подушкой, одновременно глядя по сторонам.

— Пукалку свою ищешь? Она уже не твоя. Да и не поможет она тебе — я вампир.

Или у тебя имеются особенные пульки?

— Ты кто? — уже вежливей спросил Виктор.

— Тебя это не должно волновать. Лучше расскажи мне про Эдуарда. Кто он такой?

Как давно вы знакомы?

Тут в глазах Виктора появился страх. А затем он впервые за весь разговор обратил внимание на ещё одного гостя — меня.

— Я ничего не знаю, уходите! — нервно выкрикнул он.

— Да он не в адеквате. Он даже не узнаёт меня, — сказал я.

— Жаль… Валентин бы его разговорил. Он умеет в голову проникать, — сказала

Ника, потеряв к Виктору интерес.

Но в этот момент он оживился, выхватил откуда-то нож и замахнулся на Нику. Я на ускорении рванул к нему и успел перехватить оружие.

— Ах ты сука! — разозлилась девушка, схватила нож из моих рук и всадила ему в грудь.

— Ты чего! Он же столько знает! — возмутился я.

— Да ничего с ним не будет, — спокойно ответила она и достала нож.

Виктор извивался, кряхтел от боли, но особого кровотечения у него не было.

— Его вчера обратили. Он убил администратора, возможно нескольких посетителей, обожрался крови, закинулся наркотой и отключился, — рассказала она.

— А чего ты раньше молчала?

— Так я не знала. Я это по шприцам крови и другим следам поняла. Наркотик внутривенно в таких количества — почти гарантированная смерть, а этот ушлёпок только сознание замутнил себе. Блевотина тоже со следами крови, а чужие волосы и куски кожи у него под ногтями и на одежде. К тому же запах у него особенный.