— Ты знаешь, откуда появились Древние Реликвии?

— Это осколки некой древней цивилизации, что жила здесь задолго до нынешних магов. Даже Император Мира не знал, откуда они появились, он лишь смог их найти и объединить. Он точно знал, где находится каждый из них. А когда создал Волю Вселенной, то очень быстро объединил планету в огромную империю.

— Знания решают. Ты говорил мне однажды в детстве, что знания и информация — это самое мощное оружие. Прошло много времени, прежде чем я сам убедился в этом.

— Син, — грустно сказал Аксель, чем захватил его внимание полностью. — Я должен сделать одну важную вещь. Может я и не был хорошим отцом, сейчас я понимаю, что упустил очень много времени с тобой. И ты… хороший сын.

— Не-не-не, заткнись, старый! Я прям задницей чую, что ты собрался помереть, или пропасть!

Аксель молча коснулся лба Сина и влил часть своей энергии. Юношу тряхнуло, а из носа полилась струйка крови.

— Я не столь умел в этом, но тем не менее.

— Ты… — Син был в глубоком замешательстве. Перед его глазами пролетело огромное количество знаний.

— Теперь ты, мой наследник. А значит и наследник Императора Мира. Я передал тебе знания о Воле Вселенной и Реликвиях. Остальное тебе не особо нужно.

Син резко вскочил.

— Когда я говорил про это, и про завещание, это была шутка! Ясно?! Глупая шутка! Какого черта ты делаешь?

— Что бы не случилось, у этого места должен быть правитель. А у Реликвий — хозяин.

— Не хочу даже слушать! Пошел ты! Если снова собираешься свалить, пожалуйста, но не взваливай на меня эту долбанную ответственность! У тебя это видимо в крови, оставлять людей, которым ты небезразличен и сваливать!

Син махом спрыгнул со стены, оттолкнув себя потоком молнии и ловко приземлился, показав Акселю средний палец. Тот улыбнулся.

— Ничего. Однажды ты поймешь.

— Куда-то собрался? — сказал мягкий голос неподалеку.

Аксель обернулся и увидел Мэй.

— В отпуск — отшутился он.

Девушка ласково обняла его сзади.

— Меня с собой возьмешь?

— Я подумаю — улыбнулся Аксель, за что получил удар по плечу от Мэй.

— Если ты уйдешь от меня, я расстроюсь. И буду очень много плакать. Ты же не допустишь, чтобы девушка плакала из-за тебя?

Аксель не ответил, он лишь обернулся и, притянув девушку к себе, нежно поцеловал.

Но сердце его все также было неспокойно.

Тем временем во дворце Альянса появились Азазель и Шестая. Немедля он в ярости с размаху пнул свою спутницу. Девочка рухнула на пол.

— Ты жалкое создание! Как ты посмела подвести меня?!

Он с размаху ударил Шестую ногой, отбрасывая к стене, но тут же подскочил и начал безжалостно пинать ее. Шестая закрылась руками, но не испустила ни звука. Она никак не показала, что ей больно, или обидно. Эти эмоции должны быть ей чужды.

— Никчемная кукла! Я создал тебя, чтобы ты повиновалась! Как ты посмела меня ослушаться!

Удары раздавались эхом по всему тронному залу.

— Если я сказал, что ты должна кого-то убить, значит ты убьешь! Если я сказал тебе самоуничтожиться — ты сделаешь это! ЯСНО?!

В очередной раз он замахнулся, но внезапно его остановила твердая хватка Абаддона.

— Ты! ТЫ БУДЕШЬ ЗАЩИЩАТЬ ЕЕ? Эту бездушную куклу?

— Прекрати немедленно, брат! — потребовал младший. — Такое обращение недостойно короля!

— Убери руки! — прошипел Азазель, вырываясь. — Это мое оружие, и я вправе делать с ним что угодно! Она подвела меня!

— Она не оружие, а живое существо! — твердо возразил Абаддон. — Ты забыл об этом в своей жажде власти! Нельзя избивать того, кто слабее тебя! Это трусость!

Азазель хотел что-то возразить, но в глубине души понимал, что брат прав. Чувство стыда на миг пробудилось в нем.

Он бросил последний злобный взгляд на Шестую и вышел прочь, хлопнув дверью. Абаддон же осторожно поднял девочку на руки и отнес в комнату, после чего вновь направился к своему брату.

Абаддон зашел в комнату к Азазелю и застал того в мрачном раздумье.

— Еще одно поражение, — процедил Азазель сквозь зубы. — Этот юный дракон вновь вырвал победу у меня из рук.

— Да, эти хронощиты оказались неприятным сюрпризом, — кивнул Абаддон. — Но мы восстановим производство Ревенантов и нанесем новый удар.

— Легко тебе говорить! — огрызнулся Азазель. — Ты не чувствуешь этого унижения — вновь и вновь терпеть поражение от какого-то… Кто он вообще такой! Откуда он взялся?!