Как выйти из данной ситуации с наименьшими потерями, я не представляла.

И пускай в Канаде меня скорее всего никто не ждал, моё сердце отчаянно стремилось туда.

***

В Канаду я лечу одна. Детей пришлось оставить дома с Димой и Натали из-за виз. Чертова бюрократия! Прилететь ко мне они смогут не ранее весны, дурацкие правила! Надеюсь, Дима ничего нового не придумает на этот раз. Очень надеюсь.

Десятое декабря. На улице холодно, срывается снег. Я в сером пуховике, темно-серой шапке, чувствую себя каким-то неуклюжим снеговиком. Цвет настроения- серый.

Лечу с пересадкой во Франции. Как же красиво в Париже, никогда здесь не была. Во время новогодних праздников, в принципе, везде красиво, но здесь какая-то особенная атмосфера. Волшебная.

Сразу вспомнила Ники. Она всегда с такой любовью рассказывала мне о своём городе, точно водила меня за руку по старинным улочкам, что мне давно хотелось здесь побывать. А, ведь, совсем ещё недавно и она могла здесь сидеть и пить кофе. От мыслей о подруге на душе сразу стало теплее. Соскучилась сильно.

Сижу в кафе, пью ароматный кофе с хрустящим круассаном и задумчиво смотрю в огромные панорамные окна, кутаясь в оверсайз худи, тело всё никак не может согреться.

Мысленно бреду по Марсову полю. Здесь столько людей. Несмотря на погоду, многие пришли на пикники. Смотрю на Эйфелеву башню и щурюсь от ослепительного "одеяния" железной дамы. Красивое зрелище, но мне бы хотелось прогуляться по Монмартру. Это отдельный мир, вобравший в себя все то, что ассоциируется у нас с Парижем.

Ники рассказывала, что на одной из стен можно найтипризнания в любви, написанные на 311 языках. "Если ты хочешь приманить удачу в любви, дотронься до любой из надписей" — говорила она. Ищу глазами надпись: Я тебя люблю, I love you или на худой конец Je t'aime, вижу знакомые буквы, становлюсь на носочки и изо всех сил тянусь рукой….

— Etes-vous libre? (У Вас свободно?) — спрашивает меня интересный мужчина, с лёгкой сединой, лет семидесяти, на чистейшем французском.

Я смотрю на него, удивлённо приподняв одну бровь, потом оглядываюсь по сторонам, возвращаясь в реальность. Я нахожусь в обычной кафешке на территории аэропорта, где действительно заняты все столики.

— Oui s'il vous plait. Je suis sur le point de partir. (Да, пожалуйста. Я уже собираюсь уходить.) — Отвечаю с улыбкой. Моего французского вполне хватает, чтобы поддержать диалог.

Украдкой оглядываюсь по сторонам. Обычный аэропорт, кафе, магазины, кресла ожидания…, надо же…, не было никакой "железной дамы" и никакого Монмартра. Бросаю взгляд на своего соседа по столику. Несмотря на свой возраст, мужчина в довольно хорошей физической форме. На нём джинсы и футболка! Я в кофте согреться до сих пор не могу, а он в одной футболке! От этой картины по телу прошла ледяная волна и на руках появились мурашки.

— Au revoir. — Говорю «соседу», беру с соседнего стула мой пуховик и накидываю его на плечи.

— Au revoir. (До свиданья) — Вежливо отвечает мужчина, немного приподнявшись.

Два часа в Париже пролетели, словно минута. Моя пересадка уже заканчивается, спустя каких-то девять часов я увижу не менее прекрасный Монреаль. Немного переживаю, не очень люблю летать. Хотя, любимый Air France всегда на высоте, а сервис просто бесподобный.

Летим спокойно, до посадки осталось два часа, было бы неплохо хоть немного поспать.

— Принесите плед, пожалуйста, — прошу стюардессу.

— Минуточку, — вежливо отвечает она.

Под тёплым и мягким пледом мои глаза мгновенно начинают закрываться, что очень странно. Я никогда не сплю в дороге, будь-то автомобиль или поезд, тем более самолёт, которого я ещё и боюсь.

***

Привет, Монреаль!

Меня встречает Пол…. Пол?!

— Привет! — звонко чмокаю нашего любимого водителя. Кэт, слишком много эмоций!

— Привет! — искренне радуется он. — Как долетела?

— Спасибо, хорошо.

— Что, совсем не трясло? — смеётся он, зная о моей нелюбви к полётам.

— Как без этого…, особенно над океаном. Только на этот раз, я почти всё проспала. — Слышала, как соседки обсуждали нашу "качку". Какое счастье, что мне-таки удалось пропустить сие захватывающее развлечение.

Пол берёт мой чемодан, направляемся к стоянке. Я немного растеряна, ну, и расстроена, что уж там. Плетусь позади, рассеянно оглядываюсь по сторонам. Если честно, рассчитывала увидеть в аэропорту совсем не Пола! (Хоть и нежно к нему отношусь.)

Неужели Алекс обиделся? Может моя идея, не общаться с ним на протяжении всего отпуска, была перебором? Или он обиделся ещё до этого, когда я, не попрощавшись, улетела? Хотя… если ему так горело пообщаться, нашёл бы возможность это сделать. Видимо, не сильно и хотелось.