Николай думал, что заявится на работу первым, но шеф уже сидел за столом, что-то изучая в компьютере и постукивая по столу. «Не в духе», – понял Николай при взгляде на шефа.

– Тебе, Дергунов, командировка в Питер светит, – вместо приветствия сообщил шеф.

– У них, что, своих спецов не хватает, Виктор Иванович?

– А чем ты недоволен? – шеф сразу расшифровал настроение сотрудника. – Ты же хотел в отпуск? Ну вот считай, едешь. Царское Село, между прочим, – шеф хотел пригладить три поперечные волосины, прикрывавшие лысину, но вспомнил, что сбрил волосы под ноль. Рука так и зависла в воздухе. Он бросил косой взгляд на Николая: – Ну что застыл? Материалы я тебе перебросил, изучай.

Николай безо всякого энтузиазма открыл присланный файл. Речь шла об особняке, построенном в самом конце девятнадцатого века. Он был возведен на подвале старого деревянного дома, о котором уже тогда ходили нехорошие слухи. Цепочка смертей последовала и в новом здании, это привело к тому, что особняк, от которого до парка рукой подать, стоял заброшенный.

– У них аппаратуры нет? Или чистильщиков? – Николай не понимал, что от него требуется. Тут всего-то дел – пройтись с Уленькой по зданию.

– Да все есть, – шеф снова отбил нервный ритм по столу. – Не ловится. А покупатели рисковать не хотят. А ты вроде как видишь… – он выжидающе уставился на Николая.

– Не всегда. Как получится, – Николай не любил говорить об этом: он еще сам не разобрался со своими способностями.

– Ну хотя бы попытайся, – шеф начал раздражаться. – И да, это на коммерческой основе. Так что заплатят дополнительно.

Николай приободрился: деньги – это отлично! Их ведомство для населения и организаций работало бесплатно, потому что находилось на финансировании из бюджета, но иногда перепадали и коммерческие заказы.

– Сходи в отдел кадров, – отправил шеф, – пусть командировочное выпишут. И в бухгалтерию. Завтра езжай, пока запара не случилась.

Скоростные поезда – благословление для пассажиров. Не нужно проводить бессонную ночь в плацкарте, мучаясь от храпов попутчиков, не надо переплачивать за купе. Просто сел и поехал, благо, что не за свой счет. Несколько часов – и ты в Питере. Стоишь на площади Восстания и смотришь на обелиск «Городу-герою Ленинграду»: здравствуй, Питер, я вернулся!

– Николай?

Дергунов обернулся: к нему спешил среднего роста мужчина, про которых говорят «кровь с молоком»: могучая грудная клетка, круглое лицо, коротко стриженные кудрявые волосы. Мужчина шел вразвалочку, словно недавно сошел с корабля на землю.

– Василий, – мужчина протянул руку.

Они обменялись рукопожатием. Василий оказался оперативником из Царского Села, присланного в пару к Николаю.

– Да слухи все, – поведал Василий, пока топтари добирались до места на такси. – Народ суеверный, понапридумывал разное.

Василий рассказал, что еще в старом, деревянном доме жил церковнослужитель. У них с женой долгое время не было детей. Потом родилась дочь, но, как часто бывало с детьми в то время, умерла еще во младенчестве. Жена от горя сошла с ума и повесилась. И люди вроде бы видели странную даму в черном, которая искала своего ребенка.

– Плохой знак, – Василий успевал не только вести машину и проводить краткий экскурс в историю особняка, но и разглядывать окрестности. – Мол, кто ее встретит, у того ребенок вскоре умрет. Вроде как у нее свой помер, так она чужих взамен забирает.

Эту даму в длинном черном платье якобы видели пациенты детского санатория, располагавшегося в здании в советские годы. Она звала их с собой, и одна девочка «случайно» выпала со второго этажа и сломала шею.

– Ну тогда расследования и не было. Списали на несчастный случай, – продолжал Василий. – А там кто знает, может, самоубийство, а может, убили ее.

После этого случая санаторий закрыли, и дом долгие годы пустовал. Потом в девяностые годы прошлого века его выкупили, но никто из владельцев долго не протянул: кто-то погиб, кто-то бесследно сгинул.

– Да это понятно, – Василий не удержался, чтобы не прокомментировать. – Бандитские разборки, то, се… У меня два одноклассника тогда от передоза сдохли.

И вот на здание нашлись реальные покупатели, но сперва они решили обезопасить себя от вредного влияния этого места.

– Продвинутые, – уважительно отметил Василий. – А то обычно думают, что это все суеверия.

Вскоре топтари прибыли по нужному адресу. Особняк располагался на тихой улочке. Двухэтажное здание с отремонтированной мансардой – там даже окна поменяли, в остальной части дома рамы остались прежние – деревянные. Грязно-розовая штукатурка, местами облупившаяся, лепнина над окнами и дверью – Николай вечно забывал названия архитектурного декора. Второй этаж здания оказался обтянут зеленой строительной сеткой.