— Извини, — пробормотала я. — Мои мысли где-то в другом месте.

— Я точно знаю, где были твои мысли, — сказала она, откладывая карты и отодвигая доску для криббиджа.

Я назвала бы это блефом.

— И где же?

— В штанах Каина.

Я вздрогнула от неожиданности.

— Элли!

— Хорошо, хорошо, я не должна была так говорить, — легко сказала она, ничуть не смутившись. Элли никогда не была застенчивой, скромной женщиной. — Но это правда, не так ли?

— Конечно, нет. Меня не интересует секс.

Элли издала издевательский смешок.

— Ты можешь обманывать себя, детка, но ты не сможешь обмануть меня. Я узнаю все признаки. Я, честно говоря, думала, что в тебе этого нет. Я думала, что ты положила всё это в могилу вместе с Томасом, и ты осталась с нами, чтобы спрятаться. На самом деле, я всё ещё думаю, что это правда. Просто приход Каина вытащил тебя из той могилы, брыкающуюся и кричащую.

Я скорчила гримасу.

— Это действительно ужасный образ.

Она усмехнулась.

— Это так, не так ли? Итак, каково это быть человеком, как и все мы? Жертвой животной похоти?

— Это не так! Ты неправильно истолковала мою настоящую неприязнь к этому человеку. Ему нравилось дразнить меня, вероятно, потому, что он думал, что я подавлена. И это правда, и я совершенно счастлива оставаться такой. К счастью, он оставил это.

— Ага, — сказала Элли.

— Ага, что?

— Вот что приводит тебя в замешательство. Я признаю, что Каин — это не лучший выбор для партнёра. Он манипулирующий, злой и совершенно ненадёжный, по мнению всех, и, если он говорит, что начинает всё с чистого листа, мало кто ему верит.

— Значит, ты можешь понять, почему я не заинтересована…

— Не беспокойся, — перебила меня Элли. — Ты практически трепещешь от интереса. Я не говорю, что он подходит только чтобы утолить сексуальный голод, но он известен своим сексуальным опытом, а тебе не помешал бы эксперт. Наслаждайся жизнью, и когда он уйдёт, если он уйдёт, ты сможешь найти более подходящего долгосрочного партнёра.

— Ты сумасшедшая, — сказала я, задаваясь вопросом, в чём состоял легендарный сексуальный опыт. — Я не настолько склонна к саморазрушению. Кроме того, я ему не интересна.

— Ты не видела, как он выглядел после того, как у тебя было второе видение.

— Ты тоже этого не видела. Тебя накачали наркотиками, — парировала я.

— Ты долго отсутствовала, малышка, — сказала она. — Какое бы лекарство они мне ни дали, оно было относительно кратковременным. Я проснулась и увидела Каина, сидящего на полу, баюкающего тебя на руках, огрызающегося, как питбуль, на любого, кто пытался тебя забрать. Я видела, как он смотрел на тебя, как гладил твои волосы. Я видела его, Марта. В какую бы игру он ни играл, с тобой, с Азазелем, со всеми нами, между вами есть что-то ещё.

— И ты основываешь это на своих наблюдениях, когда ты оправлялась от допинга и попытки убийства?

Элли пожала плечами.

— Я называю это так, как я вижу.

— Ты безнадёжный романтик, который хочет настоящей любви и счастливого конца для всех, — сказала я, ненавидя всё это. — А жизнь просто не такая.

— Нет, — согласилась она. — Жизнь — нет. Но Шеол может быть.

Я повернулась к ней.

— У меня была моя настоящая любовь и счастливый конец. Он ушёл, и теперь я могу жить дальше в приятном, мирном вдовстве. Если бы некоторые люди не решили, что я была подходящей добычей, чтобы дразнить, насмехаться и притворяться… — я замолчала, поняв, что разглагольствую.

Если бы я хотела показать, насколько меня всё это не тронуло, разглагольствования было бы неподходящим способом сделать это.

— Притворяться в чём? — Элли сразу же уловила это неудачное слово.

— Притворяться, что он заботится о некоторых вещах, когда я не думаю, что у него вообще есть какие-либо эмоции, — закончила я немного неубедительно.

— О, у Каина есть эмоции, всё в порядке, — рассудительно сказала Элли. — Большинство из них некрасивы. Я думаю, он чувствует ненависть, гнев, презрение, похоть, сильную потребность в мести. Я думаю, он жаждет справедливости, даже если не знает, что это такое. И я думаю, что он тоскует по тебе, даже если не признаётся в этом. Он так погружен в роль, которую играет, что всё настоящее и хорошее скрыто внутри.

— Боже милостивый, Элли. Тебе нужно вернуться к писательству. Ты сочиняешь романы из реальных людей. Все эти вещи, которые ты рассказываешь мне о Каине — это твоё воображение. Он не измученный герой. Он просто мелкий нарушитель спокойствия, который манипулирует людьми, заставляя их реагировать на его игры.

Элли улыбнулась, ничуть не обидевшись.

— Из Каина получился бы паршивый герой. Он слишком сложный. Может быть, если бы я писала вдохновляющую художественную литературу вместо детективов…