Шрифт:
Руки прижались к его груди, и Ксандр позволил ей перевернуть его на спину, когда она заползла на него сверху.
— Отведи меня в клуб, и я скажу тебе, где найти камеру.
Неудивительно, что она выбрала позу сверху. Чтобы заключить такую сделку, требовались стальные яйца, и единственное, что удержало его от того, чтобы повесить её в наказание, это то, что его ноющие яйца набухли от её веса.
Его хватка чуть не раздавила ей руку.
— Как я могу заставить тебя забыть о клубе?
— Не сможешь.
Будь проклята жажда мести, бурлившая в её крови. И будь он проклят за понимание её боли.
Ксандр нежно оттолкнул её от себя и встал с кровати, подняв штаны с пола. Из кармана он вытащил и сжал какой-то предмет в кулаке. Сбросив штаны, он плюхнулся обратно в постель рядом с ней.
Взяв её за запястье, он надел золотой браслет из цепочек.
— Это подарок. Чтобы защитить тебя.
Она подняла руку и обвила ею свое маленькое запястье.
— Что это?
— Он принадлежал моей паре. Он содержит устройство слежения, встроенное в золото.
— Что с ней случилось?
Он нахмурился.
— Просто держи его у себя всегда.
— Йен убил её. — Она опустила руку и склонила голову. — Зачем тогда ты спас его?
— Чтобы победить монстра, ты должен стать им. Стать тем, что ты ненавидишь.
— Это то, что ты сделал? Продался?
— Я никогда не продавался. Я сделал то, что должен был сделать. Доверие зарабатывается. — Его взгляд упал на её губы. Как же сильно он хотел их поцеловать. — Я уже завоевал твое доверие?
Она не ответила.
Ксандр прошел через комнату к большому шкафу, который он открыл и перерыл верхнюю полку. Жесткий пластик ужалил его кончики пальцев, и он потянул предмет вниз, отнес его обратно к ней и бросил на кровать.
Каринна отпрыгнула назад, её губы и глаза широко раскрылись.
Его мышцы напряглись, пока он ждал её реакции. Злость? Сконфуженность? Казалось, ей потребовалась целая вечность, чтобы принять решение.
Зелёные глаза поднялись к нему с почти понимающей улыбкой.
— Да. Я доверяю тебе.
Подняв маску с кровати, она прикрепила её к лицу и встала перед ним. Наполовину черная, наполовину белая, маска вольто почти все сказала.
Добро. Зло. Прощение. Месть. Верность. Предательство. Свет. Тьма.
И за всем этим стоит женщина, ради которой он готов убить.
Глава 18
— Войдём и выйдем. — Слова сжались в груди Ксандра, почти лишив его дыхания. Чёрт возьми, эта идея хуже некуда, но какой у него был выбор? — Ты увидишь клуб. Ты получишь всё, что тебе нужно. А потом ты скажешь мне, где найти эту камеру.
— Да, — она кивнула в знак согласия, но то, как её глаза расширились от дикого волнения мести, Ксандр не был уверен, что одного быстрого взгляда будет достаточно, чтобы она сказала ему хоть что-нибудь.
Вместо того, чтобы спорить с собой и дальше, он потащил её за собой через темную парковку к главному входу в «Жестких границ».
— Не шути со мной, Каринна. Не шути с ними. Ублюдки не играют. Они убивают и перешагивают через твоё тело, спокойно покуривая сигару.
— Пожалуй, это единственное, что у нас есть общего.
Он бросил взгляд через плечо, закатал рукав и поднял руку в воздух. Дверь с щелчком открылась.
Джед встретил его у входа и уставился на Каринну — поступок, из-за которого он легко мог оказаться залитым собственной кровью и изуродованным в мусорном баке, если бы он не отвернулся сразу, как только взглянул.
Нервы Ксандра вспыхнули. Каждый ублюдок наверху будет смотреть на неё так. В её длинных распущенных волосах и бледно-зеленых глазах было что-то экзотическое. Кожаный костюм на ней, заставил бы встать гордо член Ксандра, если бы он уже не был возбужден и готов кого-нибудь убить.
Быть замеченным человеческими мужчинами — это одно. Взгляды, полученные в «Жестких границах», граничат с убийством, как платная доставка трупа в зал, полный хищных стервятников.
— От меня ни на шаг.
Она кивнула.
Когда они вошли в клуб, забили басы. Как и каждые выходные, вечеринка шла полным ходом. Буквально. Женщины болтались на качелях, трахались на качелях, а на стене мелькала вывеска «Маскарад Свингеров». На каждом из них были белые маски вольто, а в голубых тонах тусклого освещения эффект плывущего дыма, сцена выглядела, как из Цирка дю Солей.