Боже, он бы хотел. Если бы он хоть на мгновение подумал, что ей ничто не угрожает, он бы так и сделал. Падший означал вечную охоту, брошенный в ад и подвергнутый искривлённому демоническому правосудию.

— Если бы я был не так важен раньше, я бы так и сделал. В этом мире нет души, которая хочет тебя больше, чем я прямо сейчас, Каринна Рой. — Он провёл тыльной стороной пальцев по её подбородку. — Ты восстала из пепла, детка. Никто больше не сможет причинить тебе боль. И любой ублюдок, что наведёт страх на это красивое лицо, знай, что я его зарою.

Он поднял руку между ними, давая ей хороший обзор новой татуировки, начертанной курсивом на его предплечье.

L’amour fou (прим. фр. Любовь до безумия).

Только действительно е*анутые люди могли понять, что здесь написано.

И французы.

— Скажи мне, Ксандр. Ты любил её больше?

— Я люблю тебя, женщина. Кто бы ты ни была. Что бы ты не делала. Я всегда любил тебя. Всегда буду. Пока мы не превратимся в груду пыли и сожалений.

Её брови нахмурились, губы сжались.

— Ты упр…

— Нет. Некоторые вещи я бы переделал. — Он подмигнул. — А тебя? Я бы делал это снова и снова.

Резкое сжатие его напрягшегося члена почти лишило его дыхания. Он запрокинул голову и зашипел на такое нападение. Звук рвущейся рубашки заставил его бросить взгляд вниз.

Каринна обнажила его грудь. Её поцелуи скользили по его коже, пока не достигли его живота.

— Я бы все отдала за ещё одну ночь с тобой.

Бурное пламя похоти обожгло его вены. Всё его тело ревело от желания сбить её с ног и умереть в яростном переплетении конечностей, пота, крови и грязной гребаной похоти.

— Это ещё не конец. — Она вздрогнула на вдохе. — Пока мы не встретимся снова, демон.

Он улыбнулся.

— С нетерпением жду этого, ангел.

Как жгучий сон, растворяясь в горькой пустоте его новой реальности, она исчезла.

***

Моя мать всегда говорила мне, что человек со всеми своими недостатками и грехами, жаждет божественности и любви ангелов.

Возможно, это правда.

Я верю, что именно любовь может сделать ангела обычным человеком, а человека божественным… ибо нет большего признания в любви, чем самопожертвование.

— Каринна

Конец