— Однако было необходимо увезти её куда-нибудь, — произнёс герцог-архиепископ, — прежде чем Жан что-либо заподозрит.

Совсем наоборот, заверил Бернар прелата, Жан до самого последнего момента так ни о чём и не догадывался. Женская мода того времени помогла Изабель скрывать своё положение. Казалось, никогда ещё не носили таких широких юбок! Не фигура, а бледное, измученное лицо Изабель в конце концов стали тревожить его. Он беспокоился из-за того, что она была бледна, за столом почти не разговаривала.

Изабель упрашивала его отпустить её с дядей в Ош. Сам Бернар, опасавшийся, что ребёнок может родиться в Лектуаре, стал горячо убеждать племянника, что Ош славится своим чистым и целебным воздухом. Бернар уверял его, что даже краткий визит в Горный Арманьяк принесёт ей пользу.

Однако Жан угрюмо отказал ей.

Необходимо было принимать какие-то меры. В ту ночь Бернар поздно сидел за столом у себя в комнате, сочиняя письмо Фуа.

— Что ты написал принцу? — спросил его на следующее утро Жан, с торжествующим видом держа перед его глазами перехваченное письмо. — Неужели ты думаешь, что мой слуга доставит это письмо, не доложив об этом мне?

Бернар подозревал, что такое может произойти. Гонец хотел получить за свою работу и за то, что будет держать язык за зубами, золотую монету. Однако слуги Жана больше боялись своего хозяина, чем любили золото.

— Прочитай его сам, — ответил Бернар, — или прикажи прочесть его своему капеллану. Не думаю, чтобы ты доверил мне его прочитать.

Капеллан уже прочитал это письмо вслух Жану и под угрозой плети снова его запечатал.

— Прочти его, — приказал Жан.

Бернар сломал печать и прочёл:

«Жан, граф д’Арманьяк поздравляет своего кузена Гастона, принца милостию Божией, графа де Фуа. Мы выражаем свою глубокую радость по поводу Вашего благословенного бракосочетания с Леонорой, принцессой Арагонской и Наваррской. И пусть Божественное Провидение наградит вас счастьем и радостью. А если придётся Вам быть в наших краях, навестите Вашего верного друга и союзника.

Арманьяк

Постскриптум. Англичане сидят тихо».

Жан пробормотал:

— Именно это и прочёл мне мой капеллан.

— Что же ещё он мог прочитать? Здесь всё так и написано.

— Я бы и сам мог догадаться поздравить принца, — сказал Жан. — Я ужасно рад, что он женился.

Бернар ответил:

— Я счёл возможным поздравить его от твоего имени. Событие достаточно важное.

Жан отослал гонца. Письмо показалось ему вполне безобидным. Когда через несколько дней прибыл с ответом гонец Фуа, Жан тут же отдал письмо Бернару, чтобы тот его прочитал ему.

В письме говорилось следующее:

«Божественное Провидение уже наградило меня счастьем, которое временно не может позволить принцессе де Фуа путешествовать со мной, поэтому, если будет такая необходимость, я приеду один.

Постскриптум. Если бы англичане не сидели тихо, то я был бы уже у вас».

— О чём он здесь пишет? — спросил Жан.

Бернар небрежно отбросил письмо в сторону.

— Обычная формальная благодарность. Он может навестить пас, однако без молодой жены.

— Ага, значит, так? Гм-м.

За ужином Жан сидел мрачный и злой.

— Думаю, дядя, что письмо скрывает в себе нечто большее, чем кажется с виду.

— Ну, не знаю. По-моему, вполне нормально, что он собирается навестить при первом же удобном случае своего союзника. Не вижу в этом ничего страшного.

— А я вижу. Он женат меньше года, а уже собирается покинуть свою молодую жену! Разве тебе это ни о чём не говорит? Разве ты не можешь прочитать то, что написано между строчек. Неужели ты не понимаешь, из-за кого он плетёт свои гнусные интриги?

Бернар не ответил, позволяя ему и дальше утверждаться в подозрениях.

Через некоторое время Жан сказал:

— Дядюшка, я передумал. Пожалуй, воздух Оша действительно пойдёт Изабель на пользу. Я хочу, чтобы вы уехали сегодня же.

Чтобы доехать из Лектура до Оша, надо проехать из Нижнего Арманьяка в Верхний Арманьяк по довольно извилистой дороге на юг, пролегающей по довольно каменистой и не очень-то щедрой земле, где быстрые ручьи, берущие своё начало в испанских Пиренеях и питающиеся их снегами, врезаются в плато Жер. Из-за этих снегов Верхний Арманьяк частенько называют также Белым Арманьяком. Расстояние здесь не очень велико — гонец может преодолеть его за один день.