Шрифт:
– Но если я не из Цедеса, то откуда же?
– Я знаю еще о трех материках: Шува, Хелеса и Льян. На Шуве существует сразу несколько королевств и владычеств: пустыня, полная розового песка - Аррукан, поделенный на две стихии Кальдерран, плодородная Валиария, Горзда, я мало о ней знаю, и похожая чем-то на наш мир Хаанса. Твоя одежда говорит о том, что ты, скорее всего, из Валиарии или Кальдеррана, я не слишком хорошо разбираюсь. Через море от Хаансы расположен материк Льян, империя на нем зовется Вэй Бин. А Хелеса носит одновременно название и материка и владычества.
– Откуда ты все знаешь?
– Изучал, - пространно ответил маг после недолгой паузы.
– Как мне попасть домой? В Валиарию? Если представить что я оттуда.
– Ни одно из названий ей ни о чем не говорило.
В синих глазах мага опять появилось жалостливое выражение. Он вздохнул.
– Никак, девочка. Ты застряла тут навсегда. Цедес - это материк изгнанников, и портусы вот уже много веков работают только в одну сторону. Люди, попавшие сюда, не могут вернуться обратно и доживают свои дни здесь.
– Но... Но как мы сюда попадаем? И зачем?
Хеду долго молчал, глядя в бирюзовые глаза Акку. В них плескалось тревожное море.
– Вас вытаскивают сюда портусы. Цедес тяжел для жизни, люди пытаются создать проходы на другие материки.
– Почему не пройти по морю?
Маг покачал головой.
– По морям и океанам можно пройти между всеми материками, но Цедес лежит в другой системе координат, другой плоскости. Я много лет пытаюсь разгадать тайну Цедеса, пока не могу тебе сказать, девочка. Нам нужно много магии.
В ее глазах начало созревать понимание.
– Вы воруете людей через портусы, чтобы выйти отсюда?
– от шока она забыла сделать вдох.
– И я тоже для этого здесь? Меня украли из моего привычного мира просто из-за магии?
– В тебе ее очень много, Акку. Ты невероятно сильна.
– Ты чувствуешь мою магию?
– Да. Я ощущаю твою ауру. Я прежде не встречал такой силы мага.
– Я правда здесь навсегда?
Молчание и жалость в синеве его глаз били хуже плетей. Акку отшатнулась от мага, зажав на секунду рот ладонью.
– Рабы ведь тоже не из Парх-Цедеса?
– Большая часть - из Аширована. Еще есть те, кого утянуло сюда чисто случайно. Портус настраивается на сгусток магической энергии, но бывает всякое... Некоторые из них и вовсе не срабатывают, или совершают ошибку.
– Получается, всех, у кого нет силы, кто попал сюда случайно, ждет участь раба?
– Да...
– признался Хеду.
– Так вот, значит, как ты узнал о других материках... От несчастных бедняг... Это ты вытянул меня сюда?
Он не смог соврать ей, но впервые маг пожалел, что не пошел в этот раз против Гур-Хана. Эта одновременно сильная и слабая девочка здесь погибнет.
– Да.
– Голос все-таки дрогнул.
Она посмотрела неверяще, прикрыла веки на мгновение, пошатнулась. Он хотел придержать ее за локоть, но Акку взглянула на него с таким отвращением, что маг не решился.
– Ты вытащил меня сюда, зная, что уже много лет никто не может создать обратный портал?
– в сиплом голосе сквозила ненависть.
Хеду сделал слабую попытку оправдаться, чувствуя себя при этом жалко и неловко.
– Но ты действительно сильна... У тебя может получиться...
Скривившись, Акку выставила ладонь и прервала его речь. Покачала головой, глядя на него с откровенной брезгливостью. Хеду сжал зубы.
– Ты не мог знать об этом, верно? Ты всего лишь выслуживался перед мерзким Гур-Ханом! Мудрый Веши, ты еще хуже, чем он! Ты заранее обрекаешь людей на жалкое влачение жизни здесь, а то и на верную смерть! Да кто ты такой, чтобы решать?!
Девушка яростно взмахнула руками и что есть силы толкнула мага. Хеду, конечно, удержался на месте, но смотрел на нее так виновато, что она не выдержала и принялась, рыча, колотить кулаками по его плечам и груди. Усталость, боль и омерзение затопили с головой, и больше не было сил контролировать себя.
– Ты подонок! Проклятый мерзавец! Верни меня назад! Я хочу домо-о-ой!
– последнее предложение она уже отчаянно завыла, слезы полились из глаз.
Рухнув на колени прямо в чавкающую грязь, утопая в ней почти до пояса, она пронзительно закричала, безумно мотая головой. Длинная светлая коса утонула в жиже, брызги попали на мертвенно-бледное лицо. Костюм оказался испорчен.
Она не знала где ее дом, но здесь было страшно, ни на мгновение не хотелось оставаться на этой отталкивающей земле.