Шрифт:
— Ничего, — ответил Билли. Перед мысленным взором снова возник образ старого цыгана. Почувствовал шершавое мозолистое прикосновение его пальца к щеке. «Да», подумал он, «начну снова курить что-нибудь крепкое, вроде „Кэмела“ или „Честерфилда“. Почему бы и нет? Когда чертовы доктора начинают выглядеть вроде братьев Маркс, пора что-то предпринять».
Они попросили его подождать и вышли все трое. Билли ничего не имел против — он чувствовал себя в самом центре шторма и на том успокоился. Успокоился и на мысли о том, что выкурит сразу две сигареты подряд.
Они вернулись мрачными и одновременно возбужденными: мужчины, решившиеся на главную жертву. Они готовы оставить его здесь бесплатно, останется только плата за лабораторную работу.
— Нет, — терпеливо ответил Билли. — Вы просто не поняли. Моя страховка и так покрывает все расходы, я сам проверил. Дело в том, что я ухожу. Просто ухожу, и все.
Они непонимающе смотрели на него, начиная сердиться. Билли подумал — не сказать ли им, что они напоминают ему трех гномов, но решил, что подобная затея недопустимо оскорбительна. Она только все осложнит. Такие люди не привыкли к вызывающим поступкам в отношении себя. Могли и Хейди позвонить, а уж их-то она выслушает.
— Хорошо, мы оплатим лабораторные счета, — сказал один из них, как бы подводя черту всем доводам.
— Я уезжаю. — Билли говорил очень тихо и теперь увидел, что они поверили ему. Возможно, сам тихий тон его голоса убедил их, что дело тут не в деньгах, а просто он тронулся рассудком.
— Но почему? Почему, мистер Халлек?!
— Потому что вам, джентльмены, кажется, будто вы сможете мне помочь, а на самом деле это невозможно.
Посмотрев на их удивленные, растерянные лица, Билли подумал, что никогда еще в жизни не чувствовал себя таким одиноким.
По пути домой он остановился у табачной лавки и купил пачку «Честерфилда» (кингсайз). Первые затяжки вызвали такое головокружение, что он тотчас выбросил сигареты.
— Хватит экспериментировать, — сказал он вслух, сидя в машине. А потом засмеялся и заплакал одновременно. — За дело, ребятишки!
14. 156
Линда уехала.
Легкие морщинки возле глаз и рта Хейди обозначились резче. Она курила теперь как паровоз. Сигареты «Вантаж-100» — одну за другой. Халлеку сообщила, что отправила Линду к своей тетке Роде в Уэстчестер.
— Я сделала это по двум причинам, — пояснила она. — Во-первых, она… ей нужно от тебя отвлечься, Билли. От того, что с тобой происходит. Она буквально с ума сходит. Я ей еле внушила, что у тебя нет никакого рака.
— Ей бы с Кэри Россингтоном поговорить, — пробормотал Билли, направляясь на кухню. Ему срочно захотелось кофе — черного, крепкого, без сахара. — Прямо родственные души.
— Что? Я не слышу.
— Ничего. Ерунда. Кофе включу.
— Девочка ночи не спит, — сказала Хейди, когда он вернулся. Она нервозно переплела пальцы. — Ты понимаешь?
— Да. — Билли ощутил внутреннюю занозу. Подумал: а понимает ли Хейди, что ему Линда тоже нужна, что она часть той системы, которая поддерживала его морально? Ну, часть или не часть, а он не имеет права травмировать девочку, нарушать ее спокойствие. Тут все же Хейди была права. Права, невзирая на цену такой разлуки.
И вновь он ощутил вспышку ненависти к ней. Мамочка немедленно спровадила дочурку к тетушке, как только он позвонил и сообщил, что возвращается. Папочка-страшила возвращается. Не убегай, девочка, не бойся, — это всего лишь Тощий Человек…
«Почему именно в такой день? Что тебя дернуло выбрать именно тот день?»
— Билли? С тобой все в порядке? — Голос Хейди странным образом прозвучал нерешительно.
«Господи! Глупая сучка! Ты замужем за ходячим скелетом и спрашиваешь, все ли у меня в порядке?»
— Со мной все в порядке, насколько это возможно. А что?
— Да ты как-то странно смотрел так…
«Неужели? Неужели так странно? Но почему, Хейди, ты выбрала именно тот день, чтобы залезть мне в штаны, и это после всех лет, когда мы занимались такими делами в темноте спальни».
— Ну, как тебе сказать? Я теперь все время чувствую себя странно, — сказал Билли. Сам подумал: «Пора прекращать эти бесплодные умствования, мой друг. Бессмысленно. Что сделано, то сделано».
Но выбросить эти мысли оказалось трудно. Трудно, когда она стояла тут с сигаретой, куря одну за другой и при этом будучи в полном порядке, а кроме того…
«Прекрати, Билли. Хватит».
Хейди отвернулась и загасила сигарету в хрустальной пепельнице.
— А во-вторых, Билли, ты кое-что от меня скрывал. Кое-что имеющее отношение к нам обоим. Иногда ты во сне говоришь. Теперь я хочу знать. Я заслуживаю того, чтобы знать правду. — Голос ее дрогнул.