– О'кей, - примирительным тоном сказал доктор.

– О'кей, - в тоне Биллингса был вызов, но не было уверенности. Казалось, он потерял нить разговора и только беспокойно поглядывал на плотно прикрытую дверь чулана.

– Открыть ?
– спросил Харпер, проследив его взгляд.

– Нет !
– вскинулся Биллингс и позвлил себе нервный смешок. Что я, галош не видел ?

Он помолчал.

– Шерли тоже стала жертвой Буки.
– Биллингс потер лоб, словно помагая себе воскресить детали.
– Не прошло и месяца. Но перед этим кое-что случилось. Однажды ночью я услышал шум, а затем ее крик. В холле горел свет, и я быстро добежал до соседней спальни. Я распахнул дверь и увидел... она сидела в кроватке, вся в слезах, а в затемненном пространстве перед чуланом... что-то двигалось... шлепало по мокрому...

– Дверь была открыта ?

– Немного. На ладонь.
– Биллингс облизнул губы.
– Шерли кричала: "Бука, Бука !" И еще что-то, вроде "уан". Прибежала Рита: "Что стряслось ?" "Испугалась, - говорю, - теней от веток на потолке".

– Вы сказали "уан" ?

– А что ?

– Может быть, она хотела сказать "чулан" ?

– Может быть. А может, и нет, - он перешел на шепот и как-то странно покосился на дверь.

– Вы заглянули в чулан ?

– Д-да.
– Биллингс сжал пальцы так, что побелели суставы.

– И увидели там Б...

– Ничего я там не увидел !
– взвился Биллингс. Слова вдруг хлынули из него потоком, точно где-то внутри вытащили пробку. Она вся почернела, слышите ? А глаза, глаза смотрели прямо на меня, словно говорили: "Вот он меня и убил, а ты ему помог, ты ушел в другую комнату..."

Он бормотал нечто невразумительное, на глаза навернулись слезы.

– В Хартфордском госпитале, после вскрытия, мне сказали, что она проглотила собственный язык из-за мозговой спазмы. Я уехал оттуда один, потому-что Риту они накачали транквилизаторами. Она была не в себе. Я возвращался домой и думал: "Чтобы у ребенка случилась мозговая спазма, его надо до смерти напугать". Я возвращался домой и думал: "Там прячется ОНО". Я лег спать на кушетке. С зажженным светом.

– Что-нибудь еще произошло в ту ночь ?

– Мне приснился сон. Темная комната, а рядом, в чулане... кто-то, кого я не могу толком разглядеть. Оно там... шуршало. Этот сон напомнил мне комикс, который я чтал в детстве. "Таинственные истории" - помните эту книжку ? Картинки к ней делал этот тип Грэм Инглз, он мог вам нарисовать любую жуть, какая только есть на свете... и какой нет - тоже. Короче, была там история про женщину, утопившую своего мужа. Она привязала ему к ногам по камню и столкнула в карьер, заполненный водой. А он возьми и заявись домой. Распухший, зеленый, весь в водорослях. Пришел и убил ее... И вот я, значит, проснулся среди ночи оттого, что будьто надо мной кто-то наклонился...

Доктор Харпер взглянул на часы, встроенные в писменный стол: Лестер Биллингс говорил почти тридцать минут. Доктор спросил:

– Как повела себя по отношению к вам жена после возвращения из больницы ?

– Она по-прежнему меня любила, - в голосе Билингса звучала гордость. И по-прежнему готова была меня во всем слушаться. Жена есть жена, верно ? Эти феминистки - все ненормальные. По-моему, так: всяк сверчек знай свой шесток. У каждого человека свой... как бы это сказать ?..

– Свое место в жизни ?

– Вот !
– Биллингс щелкнул пальцами.
– В самую точку. В семье главный кто - муж. В общем, первые месяцы Рита была как пришибленная - тенью слонялась по дому, не пела, не смеялась, не смотрела телевизор. Но я знал: это пройдет. К маленьким детям не успевают так уж сильно привязаться. Через год без карточки и не вспомнишь, как они выглядели.

– Она не хотела нового ребенка, - добавил он мрачно.
– Я был против. Не вообще, а пока. Надо же сначала в себя прийти. Поживем, говорю, хоть немного в свое удовольствие. Когда нам было жить ? В кино выбраться - носом землю роешь в поисках сиделки. На бейсбольный матч съездить - детей к ее родителям подбрасываешь. Моя мать - та наотрез отказывалась. Не могла простить, что Денни родился не через положенные девять месяцев после свадьбы. Она называла Риту уличной девицей. У нее все были уличными девицами ну, не анекдот ? Однажды она усадила меня перед собой и стала рассказывать, какими болезнями может наградить мужчину уличная... ну, то есть проститутка. Назавтра у тебя на... на члене появится краснота, а через неделю он отсохнет. Вот так. Она даже на свадьбу к нам не пришла.

Биллингс забарабанил по груди пальцами.

– Гинеколог предложил Рите поставить спираль. Это, говорит, с гарантией. Вы и знать не будете, что она у вас стоит.
– Он усмехнулся, глядя в потолок.
– Вот именно, никто не знает, стоит она там, или не стоит. А потом - бац - опять залетела. Правильно, с гарантией.

– Идеальных противозачаточных средств не существует, - подал голос доктор Харпер.
– Таблетки, например, оставляют два процента риска. Что касается спирали, то ее могут вытолкнуть сокращения матки, или месячные, или...

– Или ее просто вытаскивают.

– Тоже возможный вариант.

– Одним словом, она уже вяжет вещи для маленького и съедает целую банку пикулей в один присест. И щебечет, сидя у меня на коленях, что "это Господь так захотел". Смех собачий.

– Ребенок родился в конце года ?

– Да. Мальчик. Эндрю Лестер Биллингс. Я к нему долгое время вообще не подходил. Она эту кашу заварила, пускай и расхлебывает. Вы меня, наверно, осуждаеате, но не забудьте, что я пережил.

Ну, а потом я оттаял, да-да. Изо всех троих он единственный был на меня похож. Денни пошел в мать, а Шерли вообше неизвестно в кого, ну разве что в мою бабку. Зато Эндрю был вылитый я.